После обысков и покушения моя жизнь превратилась в поле боя. Дни - переговоры с адвокатами, ночи - мониторинг атак на сайт. Kompromat.lv подвергался DDoS атакам и попыткам взлома; цель была одна - стереть расследования в момент наивысшего общественного интереса. Параллельно запускались негативные нарративы: «вымогатель», «агент спецслужб» и тому подобное. Эти ярлыки мастеров «джинсы» должны были дискредитировать меня, а хакерские старания - отрезать доступ аудитории к опубликованным материалам.

За долгие годы работы у правоохранительных органов не было ни одной претензии ни ко мне лично, ни к Kompromat.lv. Тем не менее информационная кампания работала эффективно: многие воспринимали обвинения как самоочевидную правду. Лато Лапса, один из главных распространителей этих сплетен, позже был признан судом виновным в преследовании и клевете в отношении адвоката Ромуалда Вонсовича и его супруги; в мае 2024 года вступил в силу приговор - 300 часов общественных работ. Но тогда, в разгар кампании, его обвинения многими не воспринимались критически.

Мои оппоненты недооценили силу профессиональной солидарности. «Мы требуем немедленного освобождения Якобсона», - заявила организация «Репортеры без границ» в публикации «Website editor arrested after publishing emails linking mayor to spying and corruption»:

«Недопустимо, чтобы в стране-члене Европейского союза журналист мог быть заключен в тюрьму за предполагаемое правонарушение в сфере СМИ. Конфиденциальность журналистских источников находится под серьезной угрозой из-за изъятия всего его компьютерного оборудования и давления, оказываемого на него с целью заставить раскрыть способ получения писем. Мэр Риги может подать иск против Якобсона, если считает это необходимым, или воспользоваться правом на ответ, если считает, что его оклеветали. Однако арест и тюремное заключение Якобсона, а также конфискация всего его оборудования больше похожи на акт мести, чем на действия беспристрастной судебной системы».

Осенью 2012 го я получил письмо из Парижа - официальное приглашение от организации «Репортеры без границ» (Reporters Without Borders, RSF) принять участие в подготовке Всемирного индекса свободы прессы 2013. Это был важно. В то время как мафия в Риге пыталась лишить меня статуса журналиста, одна из самых влиятельных правозащитных организаций мира признала во мне эксперта, чьё мнение необходимо для оценки состояния демократии в стране.

Первую анкету я заполнил для Индекса 16 ноября 2012 года. Мой опыт и видение ситуации в Латвии вошли в глобальный отчёт, который читают в ООН и Европарламенте. Сотрудничество продолжается и в 2025 м: RSF регулярно отмечает важность независимых свидетельств из регионов, где давление на журналистов принимает системный характер.

Вслед за «Репортёрами» в дело включилась международная пресса. 15 марта 2013 года в The Christian Science Monitor вышла статья влиятельного латышского журналиста Юриса Кажи (Juris Kaža) под заголовком «Эхо советской цензуры и вмешательства в Латвии» («An echo of Soviet-era censorship and meddling in Latvia»). Автор констатировал: в стране - члене ЕС и НАТО - вновь проявились методы, казавшиеся пережитком прошлого. Юрис прямо указал, что преследование Якобсона - наказание за разоблачения. Он сравнил мою работу с традицией muckraking (разгребатели грязи - так называют репортёров, которые специализируются на разоблачениях), вспомнив имена Иды Тарбелл и Линкольна Стеффенса.

«Журналист Леонид Якобсон, руководящий русскоязычным новостным сайтом Kompromat.lv, сталкивается с уголовными обвинениями и возможным тюремным заключением за действия, которые в большинстве западных демократий, скорее всего, сочли бы законным журналистским разоблачительством (whistle blowing)», — писал Кажа в тот момент, когда в Delfi пытались высмеять меня в угоду Нилу Ушакову.

Публикация в The Christian Science Monitor (международное новостное издание, базирующееся в Бостоне, которое за свою историю было удостоено семи Пулитцеровских премий) вывела моё дело из разряда «местечковых разборок» в разряд международных инцидентов, угрожающих репутации Латвии. Международная поддержка нарастала как снежный ком. Дунья Миятович (Dunja Mijatović), тогда представитель ОБСЕ по вопросам свободы СМИ, взяла моё дело под личный контроль. Её реакция была оперативной: письма премьер министру и публичные заявления с требованием прозрачного расследования.

В официальных документах ОБСЕ использовались ключевые формулировки: «Independent news website Kompromat» - признание ресурса как независимого СМИ; «Investigative reporting on sensitive topics» - признание общественной значимости расследований; «Threatens freedom of expression» - признание того, что нападение на меня - не бытовой конфликт, а удар по демократическим устоям страны.

Ответ бюрократии выглядел как виртуозный образец бюрократического лицемерия. 8 мая 2012 года министр внутренних дел Рихард Козловскис заверил ОБСЕ: расследование «будет находиться под строгим надзором Генеральной прокуратуры». Министр обещал международному сообществу справедливость, в то время как «Спрут» запускал механизмы саботажа.

Тем не менее международный резонанс создал вокруг меня невидимый, но прочный щит. В январе 2013 го со мной связался Люк Хардинг из The Guardian. Мы встретились 16 января в кафе в Риге. Сразу возник приятный коллегиальный контакт. На следующий день поехали в Юрмалу. Разговор касался не только Нила Ушакова, но и фигуры, известной в криминальных кругах - Вячеслава Шестакова (вор в законе «Слива»), который играет заметную роль в организованной преступности Латвии.

Люк Хардинг - признанный эксперт по методам работы российских спецслужб; его включение моей истории в контекст гибридной войны России против НАТО и ЕС подняло расследование на уровень международной безопасности. Помню, как эмоционально рассказывал ему о прокремлевских силах в Латвии. В статье «Baltic states full of concern» Люк прямо написал: Якобсону порезали лицо за то, что он вскрыл финансовые потоки российской разведки.

К 2015 году стало ясно: физически меня устранить не удалось, юридически - не сломали. В этот период сформировалась моя «линия обороны», возможная благодаря международной поддержке. Главный редактор журнала IR Неллия Лочмеле порекомендовала обратиться за грантом в Media Legal Defence Initiative (ныне Media Defence). Благодаря этому гранту за моей спиной встали лучшие юридические силы страны - адвокатское бюро Cobalt.

Линду Бириню и Илону Булгакову я воспринимал не просто как адвокатов - это были мои бронежилеты не только в зале суда. В мае 2015 года в рижском отеле Radisson Blu состоялась встреча с Дуньей Миятович, представителем ОБСЕ Ингвильдой Андерсен и Линдой Бириней. Обсуждали саботаж расследования: полиция предприняла попытку прекратить следствие, сначала завели дело о хулиганстве, затем попытались переквалифицировать его в причинение лёгких телесных повреждений. Я видел, что Дунья искренне возмущена - она понимала: мой шрам - не просто след от ножа, это шрам на репутации Латвии.

Продолжение следует.

Šobrīd autors meklē izdevēju, kurš izprot tiesību uz faktiem vērtību.

Currently, the author is seeking a publisher who understands the value of the right to facts.

Рекомендуем на данную тему:

Право на факты. История журналиста со шрамом (Глава первая)

Право на факты. История журналиста со шрамом (Глава 2: Московский куратор)

Право на факты. История журналиста со шрамом (Глава 3: Покушение и медийное киллерство)

Право на факты. История журналиста со шрамом (Глава 4: Юрмальский спрут и рынок уголовных дел)

Право на факты. История журналиста со шрамом (Глава 5: Крысиные узы и удар Лапсы)

Kompromat.lv: The Investigative Watchdog of Latvia