Мир больших денег неразрывно переплетён с большой политикой. Там, где пахнет властью, всегда найдутся те, кто привык решать вопросы не законами, а темными схемами. Дочь Бориса Рязанского, Елена, вышла замуж за Никиту Никифорова - молодого депутата Сейма от прокремлёвского «Центра согласия». Сын совладельца Балтийской международной академии, типичный «мальчик мажор» на BMW и катерах, был частью команды Нила Ушакова. Борис Рязанский - осуждённый за коррупцию - оказался тестем одного из самых заметных политиков страны.

Мои расследования били сразу по двум фронтам: они разрушали коррупционный бизнес Рязанского и бросали тень на его «партийный клан». В таких кругах, если вытащить крысу на свет, она не убегает - она бросается в горло.

19 октября 2010 года вышла статья, в которой Лато Лапса фактически выступил защитником Бориса Рязанского. В публикации под заголовком «Рассмотрение жалобы о возможной преступной деятельности SAB и KNAB притормозили» (Sūdzība par SAB un KNAB iespējamu noziedzīgu darbību “nolikta uz bremzēm”) пойманный на взятке «решала» вдруг превратился в «борца с произволом спецслужб». Лапса со знанием дела рассуждал о том, что жалобу Рязанского «спускают на тормозах», и попутно подбрасывал в топку мою украденную переписку, ссылаясь на сомнительные интернет ресурсы.

Истинную механику этой метаморфозы я узнал лишь спустя годы, когда 16 декабря 2014 года получил письмо из Полиции безопасности о прекращении уголовного дела № 12812000210.

Девять страниц текста - урок безнаказанности, упакованный в мрачные канцеляризмы. При чтении я прошёл все стадии: от ярости до холодного принятия. Это был не просто отчёт, а подробная «дорожная карта» того, как в Латвии можно взломать жизнь человека и выйти сухим из воды.

В ходе обыска оперативники нашли роутер, через который шли атаки, жёсткие диски и - самое циничное - листки бумаги, на которых от руки были выписаны мои логины и пароли. Это были ключи от моей жизни, аккуратно разложенные на столе у людей, которые привыкли ломать судьбы так же легко, как вскрывают почтовые ящики. Они искали моих информаторов, мои контакты - они хотели понять саму механику работы Kompromat.lv, чтобы ударить как можно больнее.

Следователи установили: подключения к моим ящикам велись с IP адресов, кольцом окружавших фамилию Рязанский: теннисный клуб ENRI, компании Bulduru nams и Konkordija AB. На жёстком диске помощника полковника обнаружили полную копию моей базы Outlook с папкой «LeoJ».

Следователь знал всё - и закрыл дело. Полиция безопасности «футболила» материалы из кабинета в кабинет, дожидаясь истечения срока давности. Я швырнул документ на стол. В комнату вошла жена и молча обняла меня за плечи. Мы редко обсуждаем мою работу, но без её поддержки я бы не выстоял. Более тридцати лет вместе, сын - студент, любимый чихуахуа Илларий… В тот вечер счастье казалось особенно хрупким.

Пока следствие затягивало время, Лато Лапса работал на информационном фронте. Он препарировал мои украденные письма, выбирая фрагменты, где я якобы общался с сотрудником Бюро по защите Сатверсме (Satversmes aizsardzības biroja, SAB) Айгарсом Спарансом. По версии Лапсы, Спаранс скрывался под псевдонимом «Ксения Озола».

Лапса сознательно лепил из нас образ «государственной мафии», чтобы оправдать в глазах публики взлом моей почты. В тот момент я находился в Москве. Помню, как в гостиничном номере узнал о публикации и звонке коллег: «Нужно уходить». Я покидал Россию буквально за часы до того, как могла захлопнуться ловушка ареста за шпионаж. Лапса сознательно выставлял меня мишенью для ФСБ. После этих «разоблачений» случилось нападение в подъезде.

Итоговое решение следователя Ильи Бороновскиса было верхом цинизма. Он констатировал: срок давности истёк 14 декабря 2014 года - ровно за день до того, как он поставил свою подпись под закрытием дела. Но самым страшным был пункт № 2: все изъятые доказательства взлома - уничтожить. Мафии подарили полную амнистию и замели за ней следы.

Расплата настигла Рязанского лишь в мае 2015 года. За коррупцию его приговорили к пяти годам лишения свободы, а его сообщницу прокурора Ирину Богданову - к четырём. Суд первой инстанции постановил арестовать обоих в зале заседаний.

Но уже осенью 2017 го «решала» вышел под залог в полмиллиона евро. Тюремная эпопея прокурора Богдановой закончилась ещё быстрее: её освободили из за «проблем с психическим здоровьем». Рязанскому же после окончательного вступления приговора в силу всё же пришлось провести время за решёткой.

Лариса Свиридова теперь проживает в Российской Федерации, где она получила статус беженца и активно поддерживает "Антифашистов Прибалтики". В Латвии за экономические преступления её продолжают судить заочно. Спрут не исчез - он просто затаился.

Продолжение следует.

Šobrīd autors meklē izdevēju, kurš izprot tiesību uz faktiem vērtību.

Currently, the author is seeking a publisher who understands the value of the right to facts.

Рекомендуем на данную тему:

Право на факты. История журналиста со шрамом (Глава первая)

Право на факты. История журналиста со шрамом (Глава 2: Московский куратор)

Право на факты. История журналиста со шрамом (Глава 3: Покушение и медийное киллерство)

Право на факты. История журналиста со шрамом (Глава 4: Юрмальский спрут и рынок уголовных дел)

Kompromat.lv: The Investigative Watchdog of Latvia