Не секрет, что после ликвидации КГБ Латвии в августе 1991 года огромные массивы компромата, накопленного Отделом ОП, попросту «испарились». Та же участь постигла и секретное досье на предпринимателя Александра Князева.

Вячеслав Ш. использовал это досье как инструмент шантажа и угроз, сделав директору фирмы Hoetika-SP предложение, от которого тот не смог отказаться. Так Ш. получил непыльную работу, где «плодотворно трудился» больше года, параллельно поставляя российским спецслужбам информацию от своих агентов в латвийской полиции.

Со второй половины 1992 года Ш. при поддержке Москвы учредил две «подкрышные» компании:

«A. Inc.» (название изменено – прим. Kompromat.lv) - зарегистрирована в США, офис в центре Риги. Формальный президент - Алекс Плоткин (информатор Ш.). Фирма использовалась для «прокрутки» темных финансовых операций и сокрытия капиталов спецслужб за границей.

«Linters Ltd.» - зарегистрирована в Латвии в 1993 году. Заявленный вид деятельности - транзит нефтепродуктов. Заниматься таким бизнесом без серьезных связей в российских спецслужбах в те годы было физически невозможно.

Клуб наемных убийц и «бригада Харитона»

В то время Ш. возобновил контакты с бывшими сослуживцами по Отделу ОП: подполковником Евгением Шеменевым и капитаном Евгением Задериевым. Шеменев, занимая пост в агентстве «Центурион», обладал неограниченным влиянием в МВД Латвии и неформально подчинил себе многих боссов криминального мира. Фактически он сам был «авторитетом в законе». Вместе с другим экс-чекистом Сергеем К. они создали в Риге эксклюзивный тайный клуб - «компанию наемных киллеров» из числа бывших сотрудников КГБ. Они брались за любые заказы по ликвидации.

К, работая в латвийском ГУОП (Борьба с оргпреступностью), параллельно прислуживал лидерам самой влиятельной группировки того времени — «бригаде Харитона». Он продавал оперативную информацию «Полкану» (Юрию Полковникову) и «Мине» (Олегу Минину).

Что касается Задериева, то он был профессиональным «ликвидатором». Он окончил 101-й институт КГБ (школа разведки) и прошел подготовку в Управлении «С» (нелегалы) именно по профилю силовых акций.

«Черногорнефтегаз» - щирма для ФСК

С осени 1993 года при содействии Управления внешней контрразведки МБ России Ш. устраивается заместителем гендиректора компании «Черногорнефтегаз» (головной офис в Москве). Это позволяло ему постоянно перемещаться между Ригой и Москвой, контактируя с кураторами из ФСК.

Лишь спустя годы мне стало понятно: «Черногорнефтегаз» был легальным прикрытием для внештатной группы профессиональных убийц, созданной верхушкой ФСК для «особо щекотливых акций» и внесудебных казней. Ш. был «мозговым центром» этой структуры, номинально возглавляя Информационно-аналитическое управление.

Для силовых нужд Ш. восстановил связи с бойцами рижского ОМОНа: Андреем Чецким (экс-офицер ГРУ), Константином Никулиным и Артуром Палановым. Последние стали его верными исполнителями.

Безумная вербовка: магма, ядерные взрывы и Лос-Аламос

Осенью 1994 года Ш. нанес мне неожиданный визит домой в Риге. Чтобы создать иллюзию искренности, он пришел с женой Ольгой. После того как мы изрядно выпили, Ш. перешел к главной цели визита - он предложил мне стать его заместителем в «нефтяной структуре».

То, что я услышал дальше, напоминало бред сумасшедшего. Моя жена позже даже спросила: «Всё ли у Славы в порядке с головой?». Ш. заявил, что формирует структуру для «активных мероприятий», которые он расшифровал как силовые разборки и «ликвидацию конфликтов».

Но «финальным аккордом» стал его рассказ о госнуждах. Ш. с полным знанием дела вещал:

«У нас выходы на самый верх Кремля. Мы работаем с секретными институтами ФСК и омской "Сибкриотехникой". Наши исследования революционны. Мы используем тяжелые и радиоактивные металлы - барий, осмий, радий. Мы проводим глубокое бурение путем направленных ядерных взрывов. Мы сможем "пронзить" Землю через магму и выйти с другой стороны - изнутри проникнуть в хранилище золотого запаса США в Лос-Аламосе!»

Я не выдержал: «Слава, ты в порядке? Ты за кого меня держишь с этой дуркой?». Ш. зло замолчал, обидевшись, что я не поверил в этот параноидальный бред.

Однако мне стало ясно: Ш. не только выполнял задание Москвы по контролю за мной, но и пытался втянуть меня в свою группу киллеров. Почему я уверен, что речь шла именно об убийствах, а не о «бурении магмы», выяснилось чуть позже...

Работа над пятой главой требует особой деликатности: здесь автор переходит от описания внешних угроз к осознанию глубокого предательства и масштабов инфильтрации спецслужб. Я сделал текст более плавным, структурировал его для удобства чтения и сохранил ту самую атмосферу «шпионского нуара» 90-х.

«Черная метка» в салоне автомобиля

В следующий раз судьба свела меня с Ш. в Риге в самом конце мая 1995 года. Это случилось вскоре после моего ареста в Латвии - ареста, «заботливо» подстроенного бывшими «товарищами» из управления внешней контрразведки российской ФСК в отместку за мой отказ продолжать шпионскую деятельность.

Ш. сам вышел на связь. Сославшись на «чрезвычайно важные сведения», он предложил встретиться конфиденциально. Сидя в машине, я слушал новости, которые меня буквально парализовали. Мой «друг», якобы из лучших побуждений, поведал о слухах, которые методично распространялись в латвийской полиции и спецслужбах:

«Знаешь, какое представление сложилось о тебе? Тебя напрямую связывают с планированием и руководством практически всех резонансных заказных убийств в Риге за последние годы».

По словам Ш., эта информация шла с самых верхов: от госсекретаря МВД Андриса Стариса (агента «Озолиньша») и из Бюро по борьбе с организованной преступностью (ONAB). Ш. подчеркивал, что «зуб» на меня вырос и в SAB (Бюро по защите Сатверсме).

Я был шокирован. Лишь позже до меня дошло: против меня развернули классическую операцию «отвлечения сил на негодный объект». Кто-то профессионально «вешал» на меня чужие «заказняки». Самое жуткое открылось лишь спустя годы: этим координатором группы «ликвидаторов», игравшим роль соратника, был сам Ш. Рассказывая мне об убийствах, он фактически описывал собственные «подвиги», совершенные под его руководством в Латвии и России.

«Шакалий промысел»: письмо президенту Рижского коммерческого банка

Несмотря на слухи о моей якобы «тесной» связи с руководством банка «Олимпия», на деле там «кормился» и «шакалил» сам Ш. В моем распоряжении оказалось письмо, написанное рукой Ш. («Свена») и адресованное президенту Рижского коммерческого банка Владимиру Кулику. Это классический образец вымогательства того времени:

«Уважаемый Владимир Павлович!

Предлагаем Вам внимательно изучить прилагаемые к этому письму документы. Однажды, летом 1995 г., Вы уже видели часть этих документов, но как нам представляется, неправильно распорядились ими.

Направляем Вам более полный комплект, из анализа которого видно, что руководимый Вами банк с Вашим возможным участием вовлечён в крупные мошеннические операции, уголовно наказуемые в этой стране. Поэтому предлагаем приобрести оригиналы предложенных документов по цене 10% от прогарантированной Вашим банком суммы, что с учётом нынешнего состояния дел в банке «Олимпия» нам представляется совсем недорого...

Последствия необдуманного шага будут реализовываться нами через СМИ и правоохранительные органы... В случае своевременного прохождения средств гарантируем получение подлинников».

Счёт для перевода, очевидно, был открыт на «фирму-пустышку» или по фальшивому паспорту-прикрытию. В этой схеме нельзя сбрасывать со счетов и «семейную» дружбу Ш. с Александром Халтуриным. Жена последнего, А., в прошлом ярая активистка Народного фронта Латвии (и по совместительству секретная агентесса КГБ под кураторством мужа), как раз в то время занимала руководящий пост в «Саулес банке».

Связи Ш. вели еще выше - к самому «Лесику», Владимиру Лескову. В ходе выполнения секретного задания латвийской Полиции безопасности и ЦРУ мне удалось получить доступ к личному сейфу Лескова в Москве и скопировать его конфиденциальную записную книжку. Там, среди самых охраняемых контактов, значился «домашний» телефон Ш., установленный в его московской «кукушке» (конспиративной квартире ФСБ). Это лишний раз подтверждало, что Ш. не просто «консультировал» бизнес, а был плотно интегрирован в систему защиты и теневых операций крупнейших криминальных авторитетов.

Ловушка в Полиции безопасности

Видя мое отчаяние, Ш. предложил «спасительный вариант» - познакомиться с руководством Полиции безопасности (ПБ) Латвии, которое якобы могло «по-тихому прикрыть» сфальсифицированное дело об оружии.

Ш. активно лоббировал встречу с двумя офицерами, также выходцами из КГБ: начальником отдела по борьбе с наркотиками и оружием ПБ Александром Халтуриным и замначальника управления по борьбе с оргпреступностью ПБ (бывший следователь-«важняк») Андрисом Страутманисом.

Ш. уверял, что они «пылают страстью» сотрудничать со мной. На самом деле это была попытка ФСБ загнать меня под жесткий контроль ведомства, которое было насквозь пропитано их агентурой. Список «негласных помощников» Москвы в рядах ПБ того времени впечатляет.

Пирушка в Предайне и тень «Банка Балтия»

Встреча состоялась в первой половине июня 1995 года в поселке Предайне, дома у Халтурина. Всё было обставлено как непринужденная пирушка на свежем воздухе с деликатесами и выпивкой.

Поначалу Страутманиса и Халтурина интересовали мои данные на криминальных авторитетов. Но вскоре всплыла истинная цель: их интересовал компромат на банкира Александра Лавента. Как раз в те дни решалась судьба его «Baltija Banka», который вскоре был признан неплатежеспособным.

Стало очевидно, что дело Лавента имело политическую подоплеку и инспирировалось при коррумпированных чиновников в интересах «Parekss Banka». Мои «новые друзья» из ПБ просто пытались использовать мой архив для завершения этого финансового передела.

Рекомендуем на данную тему:

Чистильщик. Часть первая: Закулисье 3-го отдела

Чистильщик. Часть вторая: Перевод в «американский» отдел

Чистильщик. Часть третья: Протекция для врага