В октябре этого года должны состояться очередные парламентские выборы. Какую политическую силу поддерживает Parekss на пути в 9-й Сейм?
Приведем цитату из интервью газете «Час» Яниса Юрканса (14.11.2005):
- Как вы оцениваете происходящее с вашим детищем - ПНС - в составе объединения «Центр согласия»?
- Нынешнее состояние партии и объединения могу назвать не иначе как политическим выживанием. Об этом свидетельствует сбор под одной крышей Яниса Адамсонса, Алфреда Петровича и других до боли знакомых фигур. По сути речь идет о восстановлении старого ЗаПЧЕЛ без «Равноправия». Соответственно основным предвыборным сюжетом для этих двух структур станет борьба за голоса русскоязычного избирателя. Задача «привлечения латышского избирателя», так и не решенная в рамках старого ЗаПЧЕЛ, и сейчас вряд ли по силам.
- А что дает выдвижение в председатели «не запятнанного старой политикой» Нила Ушакова?
- Думаю, что в ПНС немало депутатов, которые задаются вопросом: почему он, а не я? Те же Андрей Клементьев, Александр Барташевич, Виталий Орлов, Валерий Агешин, Иван Рыбаков... - у нас длинная скамейка запасных. Это все талантливые люди с образованием и бесценным опытом политической работы. О Ниле Ушакове я просто ничего не знаю. Он у меня несколько раз брал интервью, а его политическая платформа мне неизвестна. Все это сильно смахивает на приглашение свадебного генерала.
- Это что, «рука Москвы»?
- Не думаю, что латвийские дела настолько интересуют Москву.
- Уходя из партии, вы упомянули «золотой песок с улицы Смилшу»...
- Мне конфиденциально сообщили, что за всем происходящим стоит этот банк. Дальнейший ход событий подтверждает эту версию.
Итак, кого же поддержит Parekss на выборах в 9-й Сейм? «Компромат» попытается разобраться в этом и проинформировать своих читателей. А пока предлагаем небольшой отрывок из интервью Валерия Каргина рижской газете «Час» (1998 г.):
— Parekss — один из крупнейших финансовых доноров партий. Насколько выгодно и эффективно сегодня в Латвии инвестировать деньги в политику?
— Без финансирования партий никуда не деться, но называть это инвестициями — не совсем корректно.
— Зачем ваш банк вкладывает деньги в политику?
— Чтобы поддержать существующую экономическую систему и демократию.
— Ну хорошо, а велика ли отдача от ваших вложений? Насколько я понимаю, вас же интересуют вполне определенные правила экономической игры?
— Безусловно, когда начинается работа с какой-то из партий, прежде всего формулируются основные принципы отношений с ней. И финансируются, по сути, программа партии и конкретные методы ее выполнения. Parekss не ставит на аутсайдеров...
— Вкладывая деньги в партии, вы делаете ставку на лошадей, которые придут к финишу, или руководствуетесь политическими принципами и симпатиям?
— Parekss не может себе позволить поставить на лошадь, которая придет к финишу последней. Совершенно исключено, чтобы мы ставили на загнанных лошадей!
— Но если аутсайдер симпатичен вам по политическим установкам?
— Нет ни одного аутсайдера, симпатичного нам по политическим установкам. Аутсайдер значит лишь то, что нет граждан, поддерживающих идеи этой партии, или этих граждан очень мало.
— Вы хотите сказать, что верите в то, что народ мудр?
— Народ не может быть глуп в принципе. По крайней мере он достоин своих партий.
— И вы верите в справедливость выбора народа?
— Банк — это место, где обслуживаются люди с совершенно разными политическими пристрастиями. И обслуживаются исходя из экономических, а не политических соображений. Это как группа ABBA, которая пела для всех.
— Личные пристрастия исключены?
— Исключены. Политика — это не поля маркиза Карабаса.
— А насколько личная политическая чистоплотность позволяет вам финансировать «Тевземей ун Бривибай»/ДННЛ?
— Я только что ответил — наш разговор непродуктивен. Если в Латвии есть сотня тысяч человек, которым нравится определенная партия, значит, в этой партии что-то есть.
— Несмотря на то, что даже в латышской части общества эту партию называют национал-радикальной, а ее идеи раскалывают общество?
— Партия находит симпатии среди значительной части нашей клиентуры, и это нельзя не принимать в расчет. Банк — это прежде всего думающая машина. И я не могу разделять для себя личное и банковское. Нравится или нет мне вареный лук — это мое личное дело. А политические привязанности — уже дело всей громадной организации под названием «банк».
— А такая позиция при нашей непростой политико-этнической ситуации не доставляет вам внутреннего дискомфорта?
— Нет! Мы занимаемся извлечением предпринимательской прибыли — это и есть основная мотивация нашей работы, этому подчинено все.
Рекомендуем на данную тему:
«Центр согласия» преодолеет 5% барьер?
Нил Ушаков ведет переговоры с НБП?
Нил Ушаков начинает борьбу против свободы слова?
Нил Ушаков: «Посольство показом этого фильма они подставили»
Кто записал Долгополова и Ушакова в жидомасоны?