Главная  Архив  Обращение к читателям  Пишите нам  Персоналии   Законы  Консультации
[EN] [LV]

Экс-сотрудник КГБ ЛССР Борис Карпичков: «Всех кого завербовал - реально работали»

Kompromat.lv

  

(picture 2)
Карточка агента КГБ Игоря Пименова. Из нее следует, что он был завербован в 1978 году и ему был присвоен псевдонимом «Кривичев».

Удивительно, но факт: латвийские суды не признают, что сама по себе карточка агента - доказательство работы человека на Комитет госбезопасности. Как утверждает экс-сотрудник КГБ ЛССР Борис Карпичков, у него никогда не было, так называемого, балласта.

На специально созданной странице Национального архива опубликована карточка агента КГБ Игоря Пименова. Из которой следует, что его завербовали в 1978 году и присвоили секретный псевдоним «Кривичев».

На своей странице в Facebook депутат парламента от партии «Согласие» (Saskaņa) Игорь Пименов (Igors Pimenovs) заявил, что отстоял свое честное имя в суде.

Я-то узнал об этом ещё в начале века, когда решил взять латвийское гражданство. Моему коллеге отказали в нём на том основании, что был он агентом советской госбезопасности, а связано это было с его работой в «Спутнике», Бюро международного молодёжного туризма при ЦК комсомола Латвии.

В конце семидесятых – начале восьмидесятых годов я тоже был общественным гидом «Спутника». Оказалось, что и на мою фамилию есть карточка, узнал об этом в центре, где они хранились. Тогда я обратился в прокуратуру с просьбой проверить и подтвердить или опровергнуть был ли я агентом, и суд признал, что тайного сознательного сотрудничества с КГБ не было, что информатором или агентом я не был.

Что такое общественный гид «Спутника»? Раз в три-четыре месяца, чаще на выходные или после работы, была возможность взять группу туристов и проводить для них экскурсии по Риге и пригородам. Деньгами та работа не вознаграждалась. Три дня с утра до вечера. По программе «Спутника». После краеведческой подготовки. А кроме того это была одна из немногих возможностей поддержать свой английский язык. Затем туда и записался. Работа с туристами была интересной. Тепло вспоминаю то время и людей, с которыми познакомился.

После отъезда группы писали отчёты об исполнении программы, о том, какие вопросы задавали туристы, соглашались ли покупать дополнительные услуги «Спутника». Иногда нас представляли работникам КГБ, которые что-то уточняли в отчётах. Это были рутинные и недолгие разговоры. Никакого сотрудничества от нас не требовали. Карточек с моим именем никто мне не показывал.

Экс-сотрудник КГБ ЛССР Борис Карпичков прокомментировал Kompromat.lv информацию об агентах, которые не «стучали».

«Все зависит от того, кто вербовал того или иного человека. Так, в частности, могу сказать о себе, что у меня никогда не было так называемого "балласта" - всех кого завербовал - реально работали, приносили не только устную информацию (хотя такое в оперативной деятельности тоже не возбранялось - требовалось всего лишь все надлежащим образом оформить - имеется ввиду, составить соответствующий письменный документ о встрече с агентом, основанный либо на информации изложенной устно во время встречи, либо на материалах диктофонной записи), но и абсолютно все мои агенты составляли собственноручно подготовленные письменные "отчеты" - агентурные сообщения.

Хотя, с другой стороны, следует признать, что в определенной степени, среди тех "готовых" агентов, кто был передан мне на связь уже в полностью завербованном виде (те, кто были завербованы другими сотрудниками), нередко встречался балласт. То есть, люди либо просто не хотели работать с другим опером, либо были завербованы "для галочки" - для отчетности.

Как ни крути, но в "конторе", которая по сути была самым обыкновенном сколом совкового общества, причем, в самом отвратительном его проявлении, существовала "палочно-галочная система", в соответствии с которой у каждого опера в абсолютно любом оперативном подразделении существовал этакий "план по вербовкам", который требовалось выполнять, из года в год, и за невыполнение которого "драли" во все места. Поэтому, не исключено, что могли попадаться и фиктивно оформленные агенты. Хотя в последнее верится с трудом.

По-любому, те люди, кто попадал в поле зрения "конторы" и на кого в "конторе" имелись какие-то материалы и, в особенности, относящиеся к негласному сотрудничеству с "конторой" в качестве источников информации (агентов) однозначно были хорошо знакомы с теми оперативными сотрудниками, кто выходил с ними на негласный контакт. Более того скажу, что система отчетности и содержание Приказов КГБ СССР, относящихся к агентурно-оперативной деятельности (00140 и 00145 - насколько могу судить из недавней публикации латвийских архивов, они там оба приведены с раскрытием некоторых деталей) было таковым, что предписывало достаточно жесткий контроль за оформлением процесса.

В общем, хотя сам никогда подобными художествами и не занимался, но могу обоснованно заключить, что подделать вербовку, либо "слепить" фиктивного агента было делом жутко муторным и, что самое главное, грозящим несравненно большим "геморроем", если бы вербуемый просто отказывался от негласного сотрудничества. Во всяком случае, я бы просто отказался от вербовки такого лица, с кем было бы невозможно договориться.

Далее, уже после каждой осуществленной вербовки в конторе существовала достаточно жесткая система контроля за работой каждого агента. Которая состояла не только в регулярных встречах (явках) опера с агентом (в соответствии с Приказами "конторы", каждый опер был обязан встречаться со своим агентом не реже одного раза в месяц), и даже если от агента во время явки не была получена никакая оперативно-ценная информация, все равно по результатам проведенной встречи ВСЕГДА должен был составлен хотя бы коротенький письменный (печатный или рукописный) документ, называвшийся "Справка о встрече с агентом "Пупкин", например). И каждый такой документ в обязательном порядке докладывался своему непосредственному начальнику, каковым для каждого опера являлся его начальник отделения.

Более того, все те же конторские Приказы обязывали начальникам отделений регулярно (раз в год или в зависимости от конкретных обстоятельств) проводить так называемые "контрольные" встречи с агентурой оперативников.

Так что, помимо самого опера, кто являлся негласным "куратором" того или иного агента, с секретным информатором был знаком, как минимум еще один человек - начальник отделения.

Поэтому, возвращаясь к той "отмазке", которую в качестве этакого самооправдания пытаются приводить некоторые деятели - самое обыкновенное словоблудие. Уверен, что подавляющее большинство корчащих из себя сейчас «страдальцами» и «терпилами» от «гнусных происков "конторы"» деятели просто прямо-таки "пищат" всячески стараясь обелить себя и представить какие они "мягкие и пушистые".

Что касается самого Пименова, то в интервью русской службе Би-Би-Си, он, в частности, заявил следующее:

"Я [в советское время] был гидом "Спутника", работал с туристами, хотел потренировать свой английский, а там были американские студенты. После экскурсий писал отчеты, самые формальные: какая программа, какие вопросы задавали… Потом приходил человек с удостоверением КГБ, задавал дополнительные вопросы. Вот и все".

Это может показаться парадоксальным, но откровения Пименова являются фактически его собственным признанием факта негласного сотрудничества с конторой!»

2018-12-23 17:30:00