Главная  Архив  Обращение к читателям  Пишите нам  Персоналии   Законы  Консультации
[EN] [LV]

Как моряки танкера “Таганрог” оказались на мели

Василий ВОЛКОВ

  

    Их корабль сейчас где-то далеко - бороздит бескрайние просторы Мирового океана, а они кукуют на берегу. Словно морской дьявол дернул минувшим летом судового токаря Геннадия Осипова и боцмана Николая Быкова участвовать в недолгом, но яростном восстании. Бунт на борту танкера “Таганрог” - одна из невеселых страничек в новейшей истории латвийского профсоюзного движения.

    Под флагом Либерии

    Конфликт вспыхнул минувшим летом в Рижском морском порту на борту “Таганрога”, танкера ледового класса, обладающего водоизмещением в шесть тысяч тонн. Плыть, или ходить, как говорят моряки, на этом судне должна была латвийская команда. Но оператор рейса - отечественная фирма “Аквашип” - езадолго до отплытия неожиданно заявила, что урезает зарплату до 40 процентов.

    - У многих из нас на берегу - семьи, дети. Мы уже было подписали кабальные договоры, когда на борт прибыли представители нашего профсоюза и призвали не уступать ни цента! Вызвал их кто-то из экипажа стоявшего с нами по соседству танкера “Разна”, на котором также снизили оплату труда, - вспоминает боцман Николай Быков. Он мог бы теперь свистеть в боцманскую дудку где-нибудь у берегов Кот-Дивуар, но, увы...

    “Таганрог” ходит под флагом африканской республики Либерия. Несмотря на раздирающую это карликовое государство гражданскую войну и меняющихся, как карты в колоде, недобрых военных диктаторов, океан под либерийским знаменем бороздит гигантский флот торговых судов из многих стран. Дело - в льготном налогообложении, прикрываемом флагом оффшорной зоны. Судовладельцы с удовольствием пользуются льготами и преимуществами, которые дает им эта страна. Но... латвийские законы, к сожалению, не распространяются на либерийские суда. Если латвийская команда согласно собственному уставу Латвийского профсоюза мореходов торгового флота (ЛПМТФ) решает участвовать в пикетах, демонстрациях или в забастовках, как в случае с “Таганрогом”, то эта акция вполне законна в пределах нашей акватории, но абсолютно противозаконна на территории Либерии, читай - на судне под либерийским флагом. В той африканской стране за акции протеста не только сажают в тюрьмы, но и, бывает, расстреливают.

    Мальстрем в экономических волнах

    В недалеком прошлом суда Латвийского морского пароходства (ЛМП) “Разна” и "Таганрог" уже попадали в экономический водоворот Мальстрем, откуда чудом выбрались лишь с легкими пробоинами. То их продавали, и они восемь лет стояли без дела во французских доках, то выкупали обратно, чтобы вывесить на мачтах экзотически пестрые флажки Либерии. Уже в этом году с танкеров с дипломатическим треском выдворили за пределы ЛР команду российских моряков, проставив им в паспорта штампики невъездных на 5 лет. С 1 июля с. г. оба судна взялся обслуживать отечественный судовой оператор. Наняли латвийскую команду. Тут-то и начались проблемы...

    На палубу “Таганрога” поднялся Игорь Павлов, президент Латвийского профсоюза мореходов торгового флота (ЛПМТФ). Он популярно объяснил, что мореходов “бортанули”, пояснив, что договор, согласно которому снижается зарплата, - не законен. Затем сообщил факсом руководству “Аквашипа” ультимативное требование экипажа о повышении оплаты труда, которая соответствовала бы условиям предыдущего контракта. В противном случае - забастовка! Но фирма-оператор отреагировала молчанием - это их право.

    Теплым солнечным летним днем, 8 июля, на борту “Таганрога” грянул бунт. Погрузку остановили, моряки бездельно слонялись по палубам, засунув руки в карманы. В “Аквашипе” схватились за головы, ведь еще 6 июля суда должны были загрузиться в Лиепайском порту. Дамоклов меч неустойки завис над судовым оператором.

    - Нам говорили: нас всех заменят на украинцев! - говорит боцман Быков. - Но Павлов все же советовал бастовать, и моряки “Таганрога” требовали вернуть прежнюю зарплату.

    А как же законы Либерии, запрещающие забастовки по всему земному шару, в том числе и в Рижском порту? И как быть с общеизвестной нормой латвийского законодательства, согласно которой объявлять страйк можно только через 10 дней после официального заявления об этом властям? Про это Павлов, очевидно, забыл. Фирма-оператор “Аквашип” подала на ЛПМТФ в суд, требуя компенсации за ущерб: двое суток “Таганрог” с полупустыми танками простоял у морских ворот Риги мертвой черной глыбой. Выходить в плавание судну хотя бы с одним бастующим матросом запрещено международным морским правом.

    - Как тут выиграть забастовку? Представитель компании поговорил с каждым с глазу на глаз, запершись в каюте. И команда прекратила забастовку. Лишь мы с боцманом “застрайковали”. Таких, как мы, на море называют “сорокутами” - теми, кому давно за 40, кто давно в море. Нам нечего терять, кроме своих цепей... - говорит классный токарь Геннадий Осипов.

    А “Таганрог” отправился в рейс. Сейчас болтается с грузом химпродуктов где-то возле арабских берегов. А Осипов с Быковым, как говорят моряки, “прошлись по доске”, угодив в черный список после конфликта с работодателем. Возможно, даже матросами теперь их не возьмут на борт, отправляющийся в далекий Сингапур.

    - Моряка каждый обидеть норовит! - на такой минорной ноте президент ЛПМФТ Игорь Павлов начал комментировать эту историю. - С экипажем “Таганрога” у нас был заключен коллективный договор, определяющий зарплату, страховку и условия работы людей. Какие, к черту, новые контракты! Когда зарплату незаконно урезают, бастовать нужно, бас-то-ва-ть!

    Конвенция N98 и N97 Международной организации труда, ратифицированные Латвийским государством, действительно предусматривают, что работающие имеют право защищать свои интересы посредством забастовки. А законность или незаконность их действий может определить только суд.

    К слову, забастовки на судах, бросивших якорь в латвийских портах, случаются практически каждый месяц. Совсем недавно в Лиепае на теплоходе “Виктор” объявили страйк три нигерийца, два литовца и несколько наших, латвийских моряков. Причина: им не платили зарплату. Хозяин из Нигерии, когда в дело вмешался ЛПМФТ и началась акция протеста, прилетел в Латвию и рассчитался с моряками. Однако чем еще может гордиться Игорь Павлов?

    Увы, в случае с “Таганрогом” он, нарушивший латвийское законодательство, да вдобавок поломавший судьбы уже упомянутых членов своего профсоюза, расписался в своей юридической несостоятельности. По его вине моряки попали в “бунтарские списки” и вряд ли в будущем смогут продолжть свою карьеру в Латвии. Судовладельцы других стран тоже будут подробно информированы о непослушных и строптивых мореходах. И что, профсоюз им поможет?

    Игра по нотам

    Недоброжелатели Игоря Павлова, естественно, его побаиваются. Члены ЛПТМФ на условиях строжайшей анонимности, попросив их не фотографировать, сообщили удивительные детали теневой жизни своего сухопутного босса.

    - Члены профсоюза должны солидарно относиться к своим товарищам по работе. Штрейкбрехеры теряют связь со своим профсоюзом. Мы против иуд, таких, как украинские мореманы, но что делает с нашими деньгами Павлов? Мы платим ему процент от зарплаты. Восемь тысяч человек каждый месяц исправно отстегивает по проценту! А зарплаты у моряков немаленькие! Куда идут наши деньги? Павлов предлагает ссуду - под 20 % годовых!

    Для сравнения - в латвийских коммерческих банках ставка по кредиту колеблется в пределах 4-6 процентов. Спрашивается, из каких таких соображений ссудная касса моряков торгового флота назначает столь внушительные процентные ставки? Нет ли тут корыстного умысла самого Игоря Павлова? Суммы, которыми оперирует профсоюз за все годы существования и с учетом многотысячного его контингента, должны быть далеко не нищенскими. Сегодня моряки говорят о том, что Павлов “купается в деньгах”. Это, конечно, не преступление - но странно...

    До мая 2001 года Игорь Павлов жил как среднестатистический горожанин, в обычной квартире на рижской улице Лубанас. Затем переселился в коттедж в элитном поселке Марупе, что в Рижском районе. Все в том же Марупе стоит еще один двухэтажный особняк “Потени” - с ухоженным приусадебным участком, с хозпостройками. Прописаны в нем члены семейства Солдатенко, но в действительности владелец “Потени” - все тот же Павлов да сын его Павел. О чем свидетельствует запись в Земельной книге Рижского района (кадастровый номер - 8076 007 0113). Официальная сумма сделки, проведенной 10 июля 2001 года, - около 26 тысяч латов.

    Игорь Павлов активно участвует еще и в собственном бизнесе. Ему принадлежат фирмы “Нипа” и “Корта” (совладельцем на 50% с братом жены Дмитрием Малюгой). Он также член совета латвийского страхового гиганта АО “ВТА”. Профсоюзные хлопоты, видимо, не очень обременительны. Что тоже, конечно, не преступление.

    - Я сам в прошлом моряк. Хотел бы пойти снова в рейс на несколько месяцев. Но то, что надышаться можно только свежим ветром морских просторов – это, знаете ли, не всегда так. И на суше ветер есть. На недавнем еврореферендуме голосовал за вступление Латвии в Европейский союз. Профюнионы ЕС, с их борьбой по защите прав рабочих, – это сила, помноженная на закон! - на такой мажорной ноте завершил нашу беседу Игорь Павлов.

    Сухопутный босс считает себя неуязвимым как с юридической, так и с моральной стороны. Зато бывшие моряки, бесправные бедолаги Осипов с Быковым, полностью деморализованы. Морские волки, десятки лет бросавшие вызов грозному Посейдону, прошедшие и ревущие сороковые, и гремящие пятидесятые, напоролись на рифы, скалы и мели, разбросанные посреди тверди земной. Униженные и оскорбленные, они ничего не могут противопоставить тому «Аморальному» кодексу, который принят сильными мира сего.