Главная  Архив  Обращение к читателям  Пишите нам  Персоналии   Законы  Консультации
[EN] [LV]

Ограбление века по-молдавски (Денежный маршрут: Россия - Молдавия - Латвия)

Organized Crime and Corruption Reporting Project, OCCRP

  

(picture 1)
Миллионер Илан Шор (муж певицы Жасмин - урожденная Сара Манахимова) проходит подозреваемым по скандальному делу о выводе денег из трех молдавских банков. Фото: simpalsmedia.com.

(picture 2)
Банковская афера была столь масштабной, а ее характер — столь дерзким, что жители Молдовы вышли на улицы с требованием: «Верните наш миллиард!». Фото: occrp.org.

Банковская афера была столь масштабной, а ее характер — столь дерзким, что в мае жители Молдовы вышли на улицы с требованием: «Верните наш миллиард!».

Эта сумма — миллиард долларов — ранее прозвучала в новостях о хищении денег из трех местных банков в ноябре 2014 года. Граждане не знали, кто именно виновен в произошедшем, и изливали свой гнев на власти, политиков и криминальные круги.

Хищение суммы такого размера стало серьезным ударом для Молдовы, одной из беднейших стран Европы, с ВВП всего в восемь миллиардов долларов и средней зарплатой 200 долларов.

В банковской системе возник хаос, что заставило Всемирный банк и Международный валютный фонд приостановить финансовую помощь. Европейский союз также заморозил выделение средств до тех пор, пока не появится новое правительство. Все это породило страхи, что Молдова может объявить дефолт по своим международным займам.

При этом те, кто вышел весной на протесты, при всем их негодовании не знали и половины правды о том, как обошлись с ними и со страной злоумышленники. Миллиардная кража в ноябре — это лишь один, последний по времени эпизод в череде наглых, гигантского масштаба афер, которые уже с десяток лет проворачивают преступники, использующие эту крохотную бывшую советскую республику как свой карманный банк.

Не знали протестующие и о том, что еще много лет назад полиция могла раз и навсегда выбить почву из-под ног у мошенников, когда однажды конфисковала печати и документы, ключевые для их незаконного промысла. Но сверху тогда последовала команда «отбой», и в итоге полиция не только никого не арестовала, но и вернула печати и документы, которые спустя шесть лет были использованы для легализации гигантских сумм.

Проблема вовсе не в том, что в Молдове случилось наглое финансовое мошенничество, а в том, что в республике уже давно тесно переплелись интересы преступного «интернационала» в лице продажных чиновников, нечистых на руку бизнесменов и фигур криминального мира. При этом всем им удается выйти сухими из воды, что бы ни происходило.

Полиция Молдовы начала и продолжает расследование, но кажется, что никто во власти или среди правоохранителей не имеет достаточно информации, умений или желания докопаться до истины. Сотрудники Центра по исследованию коррупции и организованной преступности (OCCRP) проанализировали десятки тысяч документов и записей и выяснили, что те самые люди, кто прикарманил деньги молдавских банков, стояли за еще одной, казалось бы, совсем не связанной с этой операцией, в ходе которой за последние семь лет было отмыто 20 миллиардов долларов — в основном из России и российских же госкомпаний.

«Главные организаторы этого хищения находятся не в Молдове, а к востоку от нашей страны, — заявил в телеинтервью бывший премьер-министр Молдовы Ион Стурза. — Молдова отмыла российские деньги».

Пропавшие миллиарды

Молдова — совсем небольшое государство, балансирующее на стыке сфер влияния России и Евросоюза. Несмотря на, а может, как раз в силу своей патологической бедности страна превратилась в один из крупнейших центров отмывания денег в Европе.

Через местные банки ежегодно проходят миллиардные суммы крайне сомнительного происхождения. По сути, Молдову используют в качестве ширмы, ведь большинство денег, что пропускает через себя ее банковская система, родом из других краев. Но такой «банковский бизнес» разрушительно действует на общество Молдовы, разлагает ее экономику, политику и судебные институты.

Перед тем как исчезнуть, прошлогодний миллиард был выдан в виде кредитов компаниям, чьи владельцы скрыты за лабиринтом из офшорных компаний. Получив деньги, заемщики сбежали, а невозможность вернуть эти средства стала сокрушительным ударом по банковскому сектору, и без того изрядно потрепанному коррупционными скандалами:

* «Дело Магнитского» началось в 2007 году, когда из российского бюджета было похищено 230 миллионов долларов. Впоследствии эти деньги были проведены через определенные молдавские банки. Движение части этих средств удалось проследить — на них была куплена элитная недвижимость в Нью-Йорке.

* «Российская финансовая «мегапрачечная», выявленная OCCRP в августе прошлого года, оказалась аферой куда большего размаха — 20 миллиардов долларов, украденные в России, ее организаторы переправили через некоторые из тех же молдавских банков в Европу.

Молдавские власти предприняли попытку отыскать пропавший миллиард. В январе 2015 года к этому делу была привлечена международная юридическая экспертная фирма Kroll Inc. Данные из ее первого отчета стали известны через председателя парламента Молдовы Андриана Канду, а уже через несколько дней начались массовые протесты. Впрочем, расследование Kroll мало что смогло прояснить в том, кому в итоге достались деньги — завеса тайны, казалось, все сильнее сгущалась.

После отчета Kroll правоохранительные органы республики отправили под домашний арест молдавского бизнесмена израильского происхождения Илана Шора. Имя этого человека упоминалось в отчете в связи с пропавшими займами. Шор управляет местным кредитным учреждением под названием Banca de Economii (этот банк — один из трех, чьи деньги были похищены, а ранее банк оказался замешан в «деле Магнитского»). Также он владеет одним из местных футбольных клубов.

Полиция до сих пор ведет разбирательство в отношении Шора, считая его причастным к исчезновению денег. Однако какова именно была его роль, в полиции определиться не могут. В июне этого года Шор был избран мэром молдавского города Орхей.

Серьезнейшим препятствием в работе следователей стало то, что в ноябре прошлого года, сразу после хищения, бронированный автомобиль с 12 мешками важных документов был угнан и сожжен. Все это выглядело как ловкий маневр, чтобы замести любые следы, которые могли бы вывести на организаторов. Более того, история с автомобилем что-то до боли напоминала…

Точно такой же инцидент произошел и в «деле Магнитского», когда спецавтомобиль, где были банковские документы, способные пролить свет на ту аферу, попал в аварию и сгорел. Это резко ухудшило перспективы российского следствия.

Рейдеры с печатями

Слабость злоумышленников к молдавским банкам возникла не вчера. Отсчет можно вести с середины 2000-х годов — «лихого» для правоохранителей Молдовы времени, когда они оказались не в состоянии справиться ни со все более изощренными способами отмывания денег, ни с гигантской коррупцией в собственных рядах.

В 2011 году в секретном отчете молдавской полиции говорилось: «Проведенные нами следственные мероприятия и аналитическая работа указывают на то, что на территории Молдовы, Украины и России орудует организованная преступная группировка, специализирующаяся на рейдерских операциях против крупных компаний. В период с 2005 по 2010 год группировка, используя постановления судов этих стран, совершила действия, которые принесли ей свыше 100 миллионов долларов».

(Рейдерский захват — это недружественное, незаконное установление контроля над компанией, иногда с применением насилия, а иногда с помощью подлога, мошенничества или неправомерных судебных решений.)

В ряде случаев целью рейдеров было путем шантажа выманить у компаний крупную сумму. Как правило, для этого привлекались «карманные» судьи, которые выносили постановления в пользу мошенников, требовавших возврата фиктивного долга у государственных коммерческих структур.

Если такой «суд» признавал правомерность долгового требования, открывался «законный» путь для захвата предприятия.

В полицейском отчете подробно описываются несколько таких случаев. Но один из них, упомянутый как уголовное дело №2008030181, как никакой другой стал катализатором для лавинообразного отмывания денег, которое захлестнуло республику в последующие годы.

Утраченный шанс

В июле 2008 года молдавские правоохранители занимались сравнительно небольшим делом о мошенничестве на четыре миллиона долларов. Расследование привело их к дому номер 67 на улице Бухарестской в центральной части Кишинева. В трех офисах в этом доме начался обыск, конфисковали шесть компьютеров с массой информации.

Шла самая обычная следственная работа, пока под одним из офисных столов не обнаружили три коробки для документов, в которых было огромное количество печатей компаний, зарегистрированных в самых разных офшорах.

Два из этих штемпелей имели отношение к расследованию, а другие полиции ни о чем не говорили: Mirabax Limited, Liberton Associates, Felina Investments, Albany Insurance, Caldon Holdings и многие другие компании, некоторые из которых были открыты в американском штате Делавэр и в Великобритании.

Часть штемпелей принадлежала молдавским компаниям, из которых одна, Luminare LTD, была структурой, учрежденной Вячеславом Платоном — более чем влиятельной персоной в политических и бизнес-кругах Молдовы. 42-летний Платон — обладатель двойного гражданства России и Молдовы и шестой человек в рейтинге самых богатых молдаван. В 2009–2010 годах он был членом парламента республики.

Платон входит в руководство по меньшей мере двух молдавских банков, включая Moldindconbank, который неоднократно был в центре скандалов с отмыванием денег. Платона часто называют «рейдером номер один в Молдове».

Пока изумленные молдавские полицейские изучали полные печатей коробки, их украинские коллеги вели собственное расследование череды рейдерских атак и в том числе уже упомянутого мошенничества на 4 миллиона долларов.

Им тоже удалось обнаружить печати офшоров — они были спрятаны в одной из квартир на окраине Киева вместе с бланками официальных документов ряда компаний, среди которых оказалась и британская Goldbridge Trading Limited. К 2006 году эта структура уже успела «засветиться» в отмывании денег и мошенничестве в отношении как минимум одной молдавской фирмы.

С именем Вячеслава Платона столкнулись и оперативники в Киеве, но только на этот раз оно фигурировало в доверенности, оформленной молдавским Moldindconbank.

Один из следователей, который участвовал в кишиневском рейде в 2008 году, на условиях анонимности — так как не уполномочен общаться с журналистами — рассказал, что «в те времена крупное мошенничество и рейдерские захваты осуществлялись через канал Москва — Минск — Киев — Кишинев».

И тогда же, в 2008 году, на фоне развернувшегося расследования произошло нечто необъяснимое. 23 июля, когда не прошло и двух недель после конфискации молдавскими силовиками печатей и компьютеров, им сверху поступил приказ все вернуть. В представленном позднее докладе говорилось, что из-за этого не хватило времени даже на необходимую экспертизу улик.

В итоге уголовное дело №2008030181 отложили в долгий ящик и с тех пор больше не поднимали. С украинской стороны также так и не было проведено формального расследования.

Эти офшорные компании и их печати вновь и вновь потом будут использоваться в схемах по отмыванию денег. И каждый раз десятки и сотни миллионов долларов будут выводиться из России через Молдову в Евросоюз.

Ни молдавские следователи, ни их украинские коллеги тогда не знали, что были буквально в шаге от того, чтобы пресечь одну из крупнейших в истории Европы афер по легализации теневых доходов.

Агенты и «люди с Востока»

В начале 2015 года, когда правительство Молдовы вышло на фирму Kroll с просьбой расследовать недавнее хищение банковских денег, журналисты OCCRP звонили в двери в домах за тысячи километров от Кишинева — в шотландском Эдинбурге.

Два адреса на Брансвик-стрит в столице Шотландии то и дело всплывали в документах британских компаний, причастных к ноябрьской мегакраже, а также в других, еще более масштабных аферах с отмыванием денег и рейдерских атаках на востоке Европы.

Брансвик-стрит не назовешь богатой улицей: недорогие автомобили припаркованы у одинаковых, словно приклеенных друг к другу домиков из красного кирпича. И в то, что в двух таких домах располагаются компании с многомиллиардными оборотами, сложно поверить.

Здесь обитают «регистрационные агенты» (formation agents), открывающие компании по просьбе тех, кто хочет надежно «оставаться в тени», а также «доверенные лица» (proxies), или номинальные управляющие, которым формально принадлежат такие структуры.

По одному из адресов на Брансвик-стрит дверь открыла Ишбель Папантониу — дородная дама чуть за 60, жена человека, который стоит за фирмами, зарегистрированными на этой улице. Речь о Мариосе Папантониу. Бывший когда-то налоговым инспектором на Кипре, в начале 90-х он перебрался в Эдинбург, где открыл дело — предоставление бухгалтерских услуг и регистрация компаний.

Поначалу г-жа Папантониу приветливо заговорила с русскоговорящим журналистом. По ее словам, очень много российских компаний, насколько ей известно, регистрируются, чтобы потом работать в Европе. Она добавила, что бизнесменам из России это необходимо, возможно, оттого, что они могут «открыть для себя мир с меньшим, так сказать, количеством ограничений».

Однако во время второго визита г-жа Папантониу явно занервничала, когда журналист рассказал ей, что OCCRP расследует ловкие схемы по отмыванию денег, где фигурируют компании, к которым, если верить бумагам, она, ее муж и ее 81-летняя мать имеют самое непосредственное отношение.

«Я не думаю, что это вас хоть как-то касается. Вы интересуетесь тем, о чем даже не имеете представления, — заявила в ответ Папантониу. — Мы предлагаем услуги офиса для таких фирм, и тут нет ничего незаконного или чего-то еще. Вы пытаетесь что-то накопать на компанию, которая предоставляет услуги, платит подоходный налог и дает работу людям в этой стране».

Офисные помещения в доме по соседству занимает компания под названием Axiano, также учрежденная Мариосом Папантониу. Эта компания также выступала в роли «регистрационного агента» для структур, замешанных в случаях мошенничества на постсоветском пространстве. В зоне ресепшена несколько девушек из персонала ели ланч. Закрепленная над входом камера видеонаблюдения следила за происходящим внутри.

На звонок ответила одна из сотрудниц и со славянским акцентом сказала, что Мариоса Папантониу нет на месте, но можно видеть его сына Александроса.

Последний достаточно скоро появился, однако выглядел очень напряженным и беседовать явно настроен не был. Не меняя выражения лица, на все вопросы он отвечал одной фразой: «Вам лучше поговорить с моим отцом».

Журналисты OCCRP предприняли еще одну попытку пообщаться с Мариосом Папантониу, чтобы узнать его мнение о документе, подписанном работницей эдинбургского крематория Керри Джейн Фэррингтон, которую Папантониу использовал в качестве «доверенного лица» в тех фирмах, что он открыл для бизнесменов из Восточной Европы и бывшего СССР.

В итоге с Мариосом Папантониу связаться так и не удалось, и документ журналисты оставили у русскоговорящей сотрудницы его офиса. После этого он неожиданно быстро отреагировал письмом по электронной почте, в котором, правда, не стал отвечать на вопросы о причастности его компаний к коррупции и нарушениям закона в этой части Европы.

Оплошность размером в полмиллиарда

5 апреля 2013 года молдавский судья Виктор Ориндас вынес постановление: группа российских компаний должна перечислить 580 миллионов долларов в латвийский банк на счет Mirabax Investments Limited — связанной с Папантониу компании с Брансвик-стрит, чью печать в далеком 2008 году конфисковали и вынужденно вернули полицейские.

Мошенническая схема, о которой OCCRP рассказал в проекте «Российская «финансовая мегапрачечная», реализовывалась по несложному алгоритму: компания из России, желая вывести деньги в Европу, брала на себя роль поручителя по коммерческому контракту между двумя подставными фирмами. Через какое-то время одна из этих липовых структур подавала в молдавский суд иск на «контрагента» за невыплаты и просила поручителя — российскую компанию — выполнить договорные обязательства. «Свой» молдавский судья признавал обоснованность требования и предписывал погасить долг. После этого российская компания переводила деньги «истцу», который на деле играл роль пешки. В итоге, опираясь на постановление суда, деньги оказывались сначала в Молдове, а затем — в латвийском банке, откуда как «безупречно легальные средства» их можно было забрать в любой момент.

Печати, которые за семь лет до этого могла надежно конфисковать полиция, снова и снова ставились на документы для подачи в молдавские суды, призванные доказать «правомерность» финансовых притязаний, общий объем которых в итоге достиг 20 миллиардов долларов.

Начав в 2005 году, к 2012-му группировка аферистов заметно нарастила свои аппетиты и степень дерзости. Теперь суммы мошеннических операций исчислялись не миллионами, а миллиардами. Вынося постановление об уплате 580 миллионов долларов, судья Ориндас опирался на грубо подделанный документ, но столь же «невнимательными» были и другие его молдавские коллеги, что позволяло злоумышленникам выводить из России колоссальные суммы.

Основой для всех подобных вердиктов в Молдове служили долговые расписки. Так, к делу о 580 миллионах было приложено долговое соглашение, заключенное между компанией из Делавэра Albany Insurance и британской Golbridge Trading Limited. Первая обещала выплатить Golbridge более полумиллиарда долларов, что было заверено подписью некой миссис Джасс Грант Хестер (Mrs. Jasse Grant Hester) и официальным штемпелем Albany Insurance. Это был оттиск с одной из тех печатей, что были изъяты и возвращены полицией в 2008 году.

Но дело в том, что в Великобритании нет компании Golbridge Trading, как нет и миссис Джасс Грант Хестер. Есть мистер Джесси Грант Хестер (Mr. Jesse Grant Hester) — директор делавэрской Albany Insurance, и есть лондонская Goldbridge Trading Limited — компания, связанная регистрацией с Брансвик-стрит в Эдинбурге и также «засветившаяся» в ходе проверки, которую за шесть лет до того вели молдавские и украинские правоохранители. Итогом стало то, что усилиями Goldbridge деньги перекочевали на латвийские счета компании Mirabax и были успешно обналичены.

Вероятно, преступники всякий раз чуть изменяли написание, чтобы в случае необходимости сказать, что они «ни при чем», и максимально замести следы.

Молдавский судья мог не допустить грандиозного мошенничества, если бы просто сравнил долговую расписку с приложенными к делу оригинальными документами, где все названия указаны в должном виде. В одном случае подлог был еще более неприкрытым: в расписке фигурировало наименование Golbridge, тогда как на печати в нижнем правом углу явно читалось правильное Goldbridge — с d в середине слова. Но почему-то судья Ориндас и другие его коллеги предпочли не заметить откровенного подлога. Некоторые из этих служителей Фемиды сейчас находятся под следствием.

Все долговые расписки, использованные для вывода из России двух десятков миллиардов долларов, содержали подобные «неточности».

Двигаясь по маршруту Россия — Молдова — Латвия, грязные деньги делали короткую остановку в молдавском Moldindconbank, где в должности вице-президента был Вячеслав Платон. На момент, когда упомянутый трансферт достиг банка, этим финансовым учреждением владели офшорные структуры, включая гибралтарскую фирму, связанную с британцем Джесси Грантом Хестером, живущим на Маврикии «регистрационным агентом», и с Джеймсом Дамианом Калдербэнком — «коллегой» и соотечественником Хестера в Дубае. Имена этих людей то и дело фигурируют в сделках российской «финансовой мегапрачечной», но сами они наотрез отказались отвечать на вопросы OCCRP. Все попытки побеседовать с Вячеславом Платоном также не увенчались успехом.

Сомнительные банки

Три молдавских банка, из которых в прошлом ноябре увели миллиард долларов, так же как и Moldindconbank, принадлежали непрозрачным офшорным фирмам. Доля каждого «офшора» в капитале банков не превышала пяти процентов — порога, выше которого требовалась специальная проверка и одобрение Центрального банка республики. Недавно в Молдове этот порог был снижен до одного процента, чтобы искоренить коррупционные схемы.

Манипуляции со структурой собственности начались после 2008 года — перед тем, как отмывание денег было поставлено на поток. OCCRP изучил документы и обнаружил, что многие офшоры — владельцы банков связаны с компаниями, которые получили огромные необеспеченные кредиты и позднее объявили себя неплатежеспособными.

Не раз пришлось «потрудиться» и «регистрационным агентам». Офшорные структуры, владеющие банками, оказались чувствительны и к изменениям геополитической обстановки. Так, после начала конфликта между Украиной и Россией в роли доверенных лиц украинцев быстро сменили россияне.

Тем временем гражданам Молдовы остается только недоумевать, кто похитил в ноябре миллиард долларов. Бывший молдавский премьер Ион Стурза заявил, что к коррупционным схемам оказались причастны представители политической, культурной и спортивной элиты страны, но тут же оговорился, что многие из них стали инструментом в руках злоумышленников.

«Платон и Шор извне координировали и реализовывали схемы на территории Молдовы», — сказал Стурза в эфире программы Interpol молдавского телеканала TV7.

Стурза также высказал мнение, что, когда объемы легализации денег достигли столь колоссального уровня, «молдавская сторона» потребовала увеличения своей доли, что в итоге привело к крушению всей выстроенной системы.

Вячеслав Платон уехал из Молдовы 14 февраля 2014 года и с тех пор не возвращался. Как подозреваемый в причастности к хищению из банков республики он находится под следствием.

АВТОРЫ: PAUL RADU, MIHAI MUNTEANU, IGGY OSTANIN. В подготовке материала также приняли участие кишиневские журналисты Ион Пряшкэ и Юрий Сандуцэ.

2015-10-13 12:51:28