Главная  Архив  Обращение к читателям  Пишите нам  Персоналии   Законы  Консультации
[EN] [LV]

Генеральная прокуратура: ГРУ – это то же самое, что КГБ

NRA.lv (Перевод Kompromat.lv)

  

(picture 2)
Возглавляемая Ингуной Судрабой партия No sirds Latvijai выдвинула кандидатом в депутаты переводчика с английского и суахили Яниса Григалиса. Фото: nra.lv.

В том случае, если сотрудников разведслужбы бывшего СССР изберут в Сейм, то учреждения власти Латвии будут бессильны в их разоблачении – это недвусмысленно вытекает, в том числе из ответов представителей Генеральной прокуратуры на вопросы газеты Neatkarīgā Rīta Avīze.

Вопрос о том, как выполнить требование 5-го подпункта 5-й статьи Закона о выборах, устанавливающее, что «нельзя заявлять в качестве кандидатов и избирать в Сейм» штатных сотрудников службы разведки и контрразведки бывшего СССР, сейчас приобрел актуальность, потому что возглавляемая Ингуной Судрабой партия No sirds Latvijai выдвинула кандидатом в депутаты переводчика с английского и суахили Яниса Григалиса, который во времена развитого социализма, в 1979 году, закончил курировавшийся Главным разведывательным управлением СССР – как сам кандидат в депутаты пишет в своей анкете – «Военный институт в Москве».

ГРУ обиделось бы

Главное разведывательное управление ранее, а также сейчас и неофициально, и официально называют ГРУ – от аббревиатура названия структуры на русском языке.

Ситуация уникальная, потому что до сих пор в связи с выборами речь шла только о сотрудниках и осведомителях Комитета государственной безопасности (КГБ) ЛССР или СССР (например, Юрисе Боярсе и пограничнике Янисе Адамсонсе). Но ГРУ было совсем другим репрессивным институтом, нежели КГБ. Это была элитарная структура, с намного большей мощностью в проведении секретных и открытых операций по укреплению советской власти. Сотрудник ГРУ даже мог даже обидеться, если бы его назвали чекистом. Сотрудники ГРУ в годы советской власти считали себя более сильными, умными и умелыми, чем КГБ.

Neatkarīgā обратилась к генеральному прокурору Эриксу Калнмейерсу с вопросом: какая структура должна обращаться в суд, чтобы выяснить, был ли кандидат в депутаты работником разведслужбы СССР, и в какой момент это нужно делать (к примеру, когда ЦИК зарегистрировал списки кандидатов в депутаты, или когда персона избрана и т.д.). Обер-прокурор специализирующейся по ряду отраслей прокуратуры Сандра Даугавиете при посредничестве пресс-секретаря ответила, что в отношении сотрудников ГРУ нужно поступать в соответствии с 13-й статьей закона «О сохранении, использовании документов бывшего Комитета государственной безопасности и констатации факта сотрудничества лиц с КГБ».

Когда Neatkarīgā указала, что речь идет не о сотруднике КГБ, а о сотруднике Главного разведывательного управления, пресс-секретарь Генпрокуратуры Айга Эйдука в письменном виде ответила, что обер-прокурор С. Даугавиете пояснила ей, что упомянутый закон «относится также к сотрудникам ГРУ, и соответствующий порядок такой же, как и в случае с КГБ».

В свою очередь, на вопрос председателю Верховного суда (ВС) Иварсу Бичковичу о том, считает ли ВС, что к штатным работникам Главного разведывательного управления Вооруженных сил СССР относится закон «О сохранении, использовании документов бывшего Комитета государственной безопасности и констатации факта сотрудничества лиц с КГБ», руководитель отдела коммуникаций ВС Расма Звейниеце ответила так: «Ответ на ваш вопрос дать не можем, потому что Верховный суд воздерживается от пояснений касательно применения законов до рассмотрения дела в суде».

Вроде бы жестко

После ознакомления с упомянутым законом Neatkarīgā констатировала, что он все же относится только и единственно к сотрудникам КГБ, потому что другие советские структуры в нем не упомянуты ни единым словом. В законе ясно сформулировано, что «сотрудники КГБ в понимании данного закона – это бывшие штатные, а также внештатные сотрудники КГБ – лица, которые дали согласие на сотрудничество с КГБ и которые за вознаграждение или без вознаграждения представляли КГБ свои доносы или выполняли другие задания КГБ». В свою очередь, «информаторами в понимании данного закона признаются агенты, резиденты, держатели конспиративных квартир и доверенные лица КГБ».

В соответствии с этим законом - если какой-то сотрудник КГБ надумает баллотироваться на выборах в Сейм, то у него действительно возникнут большие неприятности.

В 13-й статье закона установлено, что президиум Сейма не позднее, чем в течение месяца после того, как Сейм соберется на первое заседание, обязан затребовать от Центра документирования последствий тоталитаризма (ЦДПТ) справку о том, «имеются ли в его распоряжении, в Национальном архиве Латвии или в других государственных хранилищах документы, свидетельствующие, что избранные депутаты могли быть сотрудниками или информаторами КГБ». Аналогичным образом должны действовать и руководители других учреждений, если в соответствующем учреждении есть такие должности, которые закон запрещает занимать сотрудникам или информаторами КГБ.

В том случае, если ответ ЦДПТ утвердительный, но соответствующее лицо отрицает, что сотрудничало с КГБ, президиум Сейма «обязан в течение двух недель после получения справки направить прокуратуре соответствующего района или республики запрос о констатации факта сотрудничества».

Специально уполномоченный прокурор не позднее, чем в течение пяти дней должен возбудить дело о проверке, которое, по сути, аналогично уголовному делу. Лицо, в отношении которого есть подозрения в сотрудничестве с КГБ, имеет те же права и обязанности, как и подозреваемый в уголовном процессе: оно не может отказаться от дачи показаний, а за дачу заведомо ложных показаний грозит уголовная ответственность. В сборе доказательств у прокурора особые полномочия – он может допрашивать свидетелей, на основании решения судьи проводить обыск, прослушивать телефонные разговоры и т.д.

Если у прокурора есть уверенность, что факт сотрудничества доказан, то он обращается в суд. Если суд констатирует факт сотрудничества, то соответствующее лицо теряет мандат депутата Сейма или другую занимаемую незаконно должность.

Выйти сухим из воды

Несмотря на то, что закон вроде бы суров, нет никаких сомнений: сотрудникам ГРУ он повредить не может, потому что все жесткие действия начинаются только после справки ЦДПТ о сотрудничестве, которая опирается на информацию т.н. мешков ЧК. Однако у ЦДПТ нет никаких документов о сотрудниках ГРУ – это ЦДПТ и в данном случае подтвердил Центральной избирательной комиссии.

Между прочим, в мае этого года в закон включена норма, которая открывает бывшим чекистам возможность баллотироваться на выборах, не боясь разоблачения. В закон включена норма о том, что учреждения государственной безопасности в интересах государственной безопасности имеют право не разглашать полученную и имеющуюся в их распоряжении информацию о сотрудниках и информаторах КГБ». Очевидно, эта норма легализует ситуацию, о которой уже давно ходили слухи к компетентных кругах: если бывший чекист ушел из «учреждений государственной безопасности» и обещал, что станет стукачом этих организаций, то его карточка из мешков ЧК изымается и перемещается в сейфы соответствующей конторы.

2014-09-15 16:58:27