Главная  Архив  Обращение к читателям  Пишите нам  Персоналии   Законы  Консультации
[EN] [LV]

Как сажает Вашкевич: мнение осужденных его "подрывников" (Часть седьмая: убийство Айгара Лусиса)

  

(picture 2)
Кадр программы Panorāma (LTV).

Полемизируя с доказательствами обвинения в подрыве автомобиля Владимира Вашкевича, осужденные Эдгарас Крогертас и Сергеюс Маркевичус приводят свои апелляционные жалобы.

4. Убийство Айгара Лусиса.

Судья Судебной коллегии по уголовным делам Рижского окружного суда ЛР в приговоре (л. д. 56) признал, что умышленное неправомерное причинение смерти Айгару Лусису доказано и в уголовном процессе в этом нет сомнений. Существует основание для этого вывода, что имело место умышленное неправомерное причинение смерти Айгару Лусису, что подтверждается выводами заключения судебно-медицинской экспертизы трупа А. Лусиса № 44 от 11.01.2008, том 15, л. д. 57 - 72, что смерть лица наступила в ночь с 10 на 11 января от причиненных пулей огнестрельных ранений.

Однако нельзя согласиться с выводом, что в совершении убийства Айгара Лусиса виновен Сергеюс Маркевичус.

1. В деле, том 15, л. д. 7, находится рапорт работника полиции А. Кестерса от 11.01.2008, что в 11 часов в Приедкалне обнаружен труп А. Лусиса с огнестрельными ранами.

2. В заключении судебно-медицинской экспертизы трупа А. Лусиса № 44 от 11.01.2008, том 15, л. д. 57 - 72, сделан вывод, что смерть лица Айгара Лусиса наступила в ночь с 10 на 11 января от причиненных пулей огнестрельных ранений.

3. В протоколе допроса судебно-медицинского эксперта Зигисмунда Ганулевича, том 15, л. д. 73, указано, что не полностью или не записаны трупные пятна, температура трупа не измерялась, поэтому не представляется возможным высказаться о времени смерти потерпевшего точнее.

4. Заключением комплексной химической и баллистической экспертизы № 0804920, 21, 22 от 21.04.2008 сделан вывод, что на одежде потерпевшего имеются повреждения, которые возникли в результате не менее пяти выстрелов.

5. В протоколе осмотра двора дома на улице Лиедага, Приедкалне, волости Гаркалне Рижского района от 14.01.2008, том 15, л. д. 84 - 88, указано, что во дворе дома во время осмотра обнаружен предмет, похожий на пистолет.

6. В томе дела 15, л. д. 95, находится заключение дактилоскопической экспертизы, в котором указано, что след папиллярных линий на поверхности пистолета непригоден для идентификации.

7. В томе дела 15, л. д. 111, находится заключение экспертизы ДНК, что в результате анализа ДНК установлен частичный генотип ДНК нескольких лиц, непригодный для идентификации.

8. Непонятным является вывод суда первой инстанции на 59-м листе приговора, что указанное в протоколе осмотра места убийства количество гильз, количество указанных в протоколе осмотра трупа ранений, размещение ранений на теле А. Лусиса, указанное в заключении экспертов № 44 от 11 января 2008 года и заключении экспертов № 0804920, 21, 22 0808706 от 21 апреля 2008 года о проведении комплексной комиссионной химической и баллистической экспертиз, указывают на прямой умысел непосредственного исполнителя убийства Сергеюса Маркевичуса совершить умышленное неправомерное причинение смерти Айгару Лусису. Непонятно, какие сведения о фактах в упомянутых протоколах осмотра места происшествия и трупа, а также в заключениях экспертизы № 44 и № № 0804920, 21, 22 0808706 указывают на действия Сергеюса Маркевичуса как непосредственного исполнителя в умышленном неправомерном причинении смерти Айгару Лусису, если упомянутыми документами доказан факт, что лицу причинены ранения, но отсутствуют по делу сведения, кто эти ранения нанес. Как видно также из заключений дактилоскопической экспертизы и экспертизы ДНК (том 15, л. д. 95, 111), не удалось идентифицировать лицо, которое пользовалось оружием «ТТ» системы Токарева, обнаруженным недалеко от места происшествия.

9. Показания свидетеля Анатолия Яновского были зачитаны в судебном заседании, том 15, л. д. 83, где указано, что он нашел предмет, похожий на пистолет, недалеко от своего дома в Гаркалне.

10. Свидетель Карлис Граудиньш в судебном заседании 11 ноября 2010 года указал, что был другом Айгара Лусиса, и он являлся также работодателем свидетеля. Были ли у Лусиса какие-либо проблемы, не знает, так как не рассказывал. Елгавский мясокомбинат сотрудничал с ООО „Grupa media”, в отношении долга, что Елгавский мясокомбинат заплатил государству, свидетель указал, что приезжали однажды лица, Эрнест Янсон, Раймонд Ларичев, и в судебном заседании опознал, что третье лицо был Мартыньш Путниньш, но Мартыньш Путниньш в разговор не вступал, переговоры вел в основном Эрнест Янсон. О случае с проколотой покрышкой у девятиэтажного здания свидетель говорил, что Айгар Лусис думал, что кто-то так поступил потому, что его машина была поставлена непосредственно у самого подъезда лестничной клетки и кому-то могло мешать. Подозрений, кому была бы выгодна смерть Лусиса, у свидетеля не возникло.

11. Свидетельница Анна Брудне в судебном заседании 11 ноября 2010 года в связи с убийством Лусиса показала, что была дома в тот день с 18.30 часов, находилась на 2-м этаже дома и в 22.30 часов слышала приблизительно пять звуков, похожих на выстрелы, что связала с пиротехникой, допускает возможность, что могла ошибиться. Из обвиняемых лиц в судебном заседании никого не опознала и раньше не видела. Следует отметить, что время убийства Айгара Лусиса из обвинения следует в 21.34 часов, следовательно, за час до того, как свидетельница слышала звуки, похожие на выстрелы.

12. Свидетельница Елена Ботян в судебном заседании 21 декабря 2010 года рассказала, что Айгара Лусиса знает, были друзьями. Последний раз Айгара видела 7.01.2010. Об угрозе Айгар ничего не рассказывал, был нервным, но почему, не знает. 10.01.2010 Айгар звонил около 21 часа и разговаривали они примерно 30 минут, затем, как Айгар говорил, он подъехал к дому, вышел из автомашины, через минуту закричал, и были слышны звуки свистов. Лиц на скамье обвиняемых не знает.

13. Свидетель Эрлен Янсон в судебном заседании 28 сентября 2010 года показал, что с Мартыньшем Путниныньшем знаком со школьных времен, но дружеских отношений между ними не существовало. Указал, что Эрнест Янсон ему ничего не сообщал об убийствах и не связывал конкретное лицо с этими убийствами. Свидетель Эрлен Янсон частично подтвердил показания, данные в досудебном процессе, том 3, л. д. 30, так как фразы, что ему брат говорил, что убийства совершил конкретный человек, не говорил, и это записано в протоколе неправильно, потому что в настоящее время, слушая, так не было. На вопрос, рассказывал ли брат что-то больше о знакомых из Литвы, ответ был - нет, и не рассказывал, в связи с чем знает этих лиц. Анализируя эти показания, видно, что Эрнест Янсон брату не рассказывал о каких-либо фактах по поводу совершенных убийств, и эти сведения в протоколе допроса, том 3, л. д. 30 - 31, которые были зачитаны в судебном заседании, записаны неправильно.

14. В отношении показаний свидетеля Эрнеста Янсона в судебном заседании, в них указано, что об убийстве Айгара Лусиса Эрнест Янсон узнал от Мартыньша Путниньша. Мартыньш Путниньш искал Эрнеста Янсона сразу после убийства Айгара Лусиса, но это ему приблизительно неделю не удавалось, так как Эрнест Янсон приблизительно неделю жил дома, но после того, как Эрнест Янсон встретил Мартыньша Путниньша в торговом центре „Мols”, Мартыньш Путниньш сразу ему рассказал об убийстве. В апелляционной жалобе ранее указано, что эксперт Ивета Иванчик в судебном заседании 25 января 2011 года показала, что выводу в заключении психологической (с применением (полиграфа) экспертизы Эрнеста Янсона № 447, том 3, л. д. 24 — 29, что Эрнест Янсон не лжет, достоверность ответов составляет 30 процентов, так как реакция на вопрос, спрашивая у лица о нем самом, на 30 - 40 процентов выше, и со временем неизбежно теряется острота восприятия минувших событий.

15. Свидетельница Жанета Янсоне, допрошена в судебном заседании, показывала об отношениях её мужа и Мартыньша Путниньша, которые с точки зрения свидетельницы ухудшились, а также о том, что Мартыньша Путниньша связывали дружеские отношения с друзьями из Литвы. По мнению защиты в пределах предъявленного обвинения эти показания не следует относить к обоснованию наличия или отсутствия обстоятельств, входящих в предмет доказывания.

16. Рассматривая во взаимосвязи показанное свидетелем Ингусом Рорбахом в досудебном процессе, том 3, л. д. 101, что Э. Янсон в январе или феврале 2008 года после убийства предпринимателя Айгара Лусиса разговаривал с И. Рорбахом, и Э. Янсон стал ему рассказывать, что в этом убийстве следует винить Мартыньша Путниньша, и показанное свидетелем Раймондом Ларичевым в судебном заседании, видно, что и Ингуса Рорбаха Эрнест Янсон точно также как Раймонда Ларичева старался убедить в связи Мартыньша Путниньша с имевшими место убийствами предпринимателей. Ингус Рорбах приглашался на судебное заседание. В судебном заседании не представилось возможным проверить показанное свидетелем в досудебном процессе, так как упомянутый свидетель находился в розыске полиции по другим уголовным процессам, и в судебном заседании были зачитаны показания, данные в досудебном процессе, том 3, л. д. 101. По мнению защиты эти показания следует оценивать критически, так как их не представилось возможным проверить и в связи с этим оценить их достоверность, так как Ингус Рорбах в своих показаниях ссылался как на единственный источник информации на Эрнеста Янсона, достоверность показаний которого, по словам эксперта И. Иванчик, составляет 30 процентов.

17. Свидетель Янис Даугулис в судебном заседании 22 ноября 2010 года показал, что из обвиняемых лиц в судебном заседании никого не знает. В 2008 году состоялся разговор с Алдисом Эйхманисом, но не помнит, чтобы Эйхманис что-то говорил о знакомых из Литвы. В разговоре со стороны Эйхманиса упоминалось, что есть информация о человеке, который что-то сделал, но свидетель отказался от совершения преступления и не доверял Эйхманису. Об убийстве разговора с Эйхманисом не было, а с работниками полиции, чтобы свидетелю изменили меру пресечения. В разговоре с Эйхманисом имена, фамилии не упоминались, поэтому свидетель их не мог знать. Работники полиции говорили, чтобы расписался под протоколом и выйдешь на свободу. В разговоре с работниками полиции уже упоминались имена и фамилия лиц.

18. Будучи допрошена в судебном заседании 14 декабря 2010 года в качестве свидетельницы работник полиции Калве указала, что писала протокол в соответствии с законом со слов Яниса Даугулиса, задав ему только один единственный вопрос, что желаете мне рассказать.

19. Будучи допрошен в судебном заседании 14 декабря 2010 года в качестве свидетеля работник полиции Роман Яшин указал, что к материалам этого дела приобщен его рапорт с расшифровкой телефонных разговоров между Янисом Даугулисом и Алдисом Эйхманисом. На вопрос, откуда видно, что разговор, том 17, л. д. 85, происходил между Алдисом Эйхманисом и Янисом Даугулисом, свидетель указал, что это подтверждает принадлежность номеров. Хочу обратить внимание на то, что, хотя в этом разговоре, о чем идет речь в томе 17, л. д. 85, нет ни одного слова о каком-то конкретном лице или конкретном месте, идентифицирующие номер данные о делу не видны, и сам по себе номер не указывает на то, что разговор состоялся именно между Даугулисом и Эйхманисом, это подтверждает факт, что вначале разговора лицо обращается к другому с обращением «Анжа» и в конце «Чао, Анжа». Хочу обратить внимание на то, что на 67 - 68 листе приговора изменен контекст упомянутого разговора в томе 17, л. д. 85, который не соответствует содержанию разговора.

20. На 67-м листе приговора суд первой инстанции отразил, но критически не оценил находящийся в томе дела 17, л. д. 98 - 99, протокол о предъявлении для опознания по фотографиям, в котором свидетель Алдис Эйхманис показал, что фото похоже на С. Маркевичуса, допуская возможность, что это то самое лицо, о котором давал показания, но в жизни выглядит немного иначе, разговор длился 10 минут. Следовательно, из показаний, имеющихся в томе 17, л. д. 91 - 93, следует, что А. Эйхманис встретил С. Маркевичуса, которого даже по-настоящему не может опознать, допуская возможность, что это лицо (С. Маркевичус) могло быть тем лицом, которое он встретил, и показал, что встреченный знакомый (С. Маркевичус) его опознал, а ни он знакомого. Они пошли в кафе, пили чай, разговаривали 10 минут и (как хорошему другу - прим. автора) второй стал рассказывать, что только что выполнил «заказ», о чем Алдис Эйхманис сделал вывод только как о совершении убийства. Надо сказать, что эти данные А. Эйхманисом показания не совсем соответствуют содержанию подписанного им протокола опознания и продолжительности разговора, что знакомый из Литвы, которого А. Эйхманис по-настоящему даже не помнит и не может опознать, стал бы рассказывать о заказе, что, конечно, свидетель А. Эйхманис недвусмысленно понимает только в характерной для себя форме — убийство. Мой подзащитный такого лица А. Эйхманиса не знает и никогда не был в России, где, как указывает свидетель, они познакомились. В деле находится справка, том 26, л. д. 147, что нет данных о пересечении Сергеюсом Маркевичусом границы Российской Федерации.

21. Оценивая правдивость и достоверность данных Нилом Звайгзне показаний, а показания он давал будучи в статусе задержанного и подозреваемого, следует принять во внимание обстоятельство, что на листе 31 -36, том 23, находятся результаты назначенной Нилу Звайгзне экспертизы, из которых видно, что в момент задержания у свидетеля установлено употребление запрещенных веществ, за что наказан в административном порядке. В связи с употреблением Нилом Звайгзне наркотических веществ, этот факт в судебном заседании 14 января 2011 года подтвердил также свидетель Вячеслав Гончаров, указав, что Нил Звайгзне с 2008 года каждый второй день употреблял наркотические вещества, в связи с чем у него не была нормальная психика. Суд первой инстанции в приговоре указал на обстоятельство, что, будучи приглашенной на судебное заседание 25 января 2011 года, судебный эксперт Ивета Иванчика указала, что, если ей на время проведения экспертизы были бы известны сведения о зависимости Нила Звайгзне от наркотических веществ и сведения об их употреблении — экспертиза не проводилась бы, так как у потребителя наркотических веществ реакции снижаются и, даже лицо, прошедшее программу метадона, год нельзя тестировать экспертизой полиграфа. В связи с этим о проведенной экспертизе Нилу Звайгзне эксперт высказалась как о не имеющей большого значения. Таким образом, показания Нила Звайгзне не могут быть оценены как достоверные.

Оценивая имеющиеся по делу сведения о фактах в связи с эпизодом убийства Айгара Лусиса, следует признать, что по делу отсутствуют показания кого-либо из лиц (свидетелей К. Граудыньша, Б. Мотузе, И. Грейере, Эрлена Янсона и Эрнеста Янсона, И. Ботян, Р. Ларичева, И. Рорбаха, А. Эйхманиса и Н. Звайгзне), в которых кто-либо из свидетелей описал бы нападающих или видел совершение преступного деяния. Показанное Нилом Звайгзне, Эрнестом Янсоном о якобы рассказанном Мартыньшем Путниньшем не может быть оценено как доказательство по настоящему делу, так как заключение полиграфной экспертизы согласно показанному экспертом Иветой Иванчик, нельзя использовать в качестве доказательства в одном случае, а во втором случае его достоверность составляет 30 процентов. По делу нет ни одного объективного доказательства, которое связывало бы Сергеюса Маркевичуса с совершением убийства Айгара Лусиса. Уже в апелляционной жалобе указано, что в результате дактилоскопической экспертизы и экспертизы ДНК не установлены следы, пригодные для идентификации. Нет доказательств — нет вины лиц в совершении преступного деяния.

Следует отметить факт, что в судебном заседании было отклонено ходатайство о вызове свидетелей и экспертов на судебное заседание для дачи показаний. В интересах моего подзащитного было подано в суд письменное ходатайство о приглашении на судебное заседание и допросе свидетельницы Иоланты Маркевичус, которая может дать сведения о времени приобретения, виде парика, изъятого у С. Маркевичуса (использован в протоколе о предъявлении для опознания, том 1, л. д. 150, как парик № 2), и цели, для какой приобретен парик, а также дать сведения, характеризующие личность С. Маркевичуса; Асты Янушонене, которая может дать сведения о времени приобретения, виде парика, изъятого у С. Маркевичуса (использован в протоколе о предъявлении для опознания, том 1, л. д. 150, как парик № 2); о вызове экспертов, которые проводили одорологическую экспертизу по делу (том 13, л. д. 121 - 125, 137 - 141, № 1002464, 65, 66 от 05.03.2010 и № 1002461, 62, 63 от 12.03.2010) об обстоятельствах, при каких была проведена экспертиза, и даны объяснения по поводу заключения.

5. Незаконные действия с взрывчатым веществом, огнестрельным оружием и боеприпасами к огнестрельному оружию.

В приговоре суда (лист 74 и далее) суд первой инстанции признал, что доказано и в этом нет сомнений, что Сергеюс Маркевичус и Эдгарас Крогертас каждый приобрел, хранил, носил и перевозил огнестрельное оружие, боеприпасы к огнестрельному оружию, взрывчатое вещество и взрывное устройство без соответствующего разрешения, а Сергеюс Маркевичус, кроме того, изготовил взрывное устройство. Следует признать, что из мотивировочной части приговора (лист 74 и 75) не видно, какими фактами по делу доказан состав инкриминируемого Сергеюсу Маркевичусу преступного деяния по части второй статьи 233 Уголовного закона, к тому же, какие сведения свидетельствуют об изготовлении взрывного устройства.

1. О показаниях свидетеля Эрнеста Янсона, относящихся к тому, что Мартыньш Путниньш якобы ему рассказывал, что покушение на убийство В. Вашкевича это работа его рук, и они изготовили разрывной заряд, судебный эксперт Ивета Иванчик в судебном заседании 25 января 2011 года показала, что выводу в заключении психологической (с применением полиграфа) экспертизы Эрнеста Янсона № 447, том 3, л. д. 24- 29, что Эрнест Янсон не лжет, достоверность ответов составляет 30 процентов, так как реакция на вопрос, спрашивая у лица о нем самом, на 30 - 40 процентов выше, и со временем неизбежно утрачивается эмоциональная острота восприятия минувших событий.

Показания этого лица, оценивая коэффициент их достоверности непосредственно согласно сказанному экспертом, по существу не являющимся и не могут быть доказательством по делу, чтобы другое лицо привлечь к уголовной ответственности.

2. Достоверность и главное допустимость показаний свидетеля Антанаса Петкаускаса в суде было невозможно проверить. Всякий вопрос в судебном заседании о том, когда, где, от кого, при каких обстоятельствах упомянутый свидетель информацию получил, кому информацию передал - был отклонен. Такие показания неизвестного лица, полученные при неизвестных обстоятельствах, не являются доказательством, так как их невозможно проверить. Следует принять во внимание, что в соответствии с частью третьей статьи 127 Уголовно-процессуального закона, полученные в ходе мероприятий оперативной деятельности сведения, а также сведения, зафиксированные с помощью технических средств, могут использоваться в качестве доказательств, только если их возможно проверить.

Первый абзац показаний свидетеля Антанаса Петкаускася, данных в суде, на русском языке слово в слово совпал с переводом показаний свидетеля на русский язык, данных в досудебном процессе. В рассказе свидетеля также следующий абзац показаний в нескольких предложениях слово в слово совпал с переводом показаний свидетеля в досудебном процессе на русский язык. Каждое следующее предложение было продолжением из протокола допроса. В досудебном процессе свидетель допрашивался на литовском языке и последовательный перевод на русский язык не мог быть ему доступным, но такое совпадение нескольких предложений в двух абзацах имело место. Это можно проверить по сделанной на судебном заседании звукозаписи. Этому факту в приговоре не дана оценка. В части пятой статьи 147 Уголовно-процессуального закона указано, что допрашиваемому материалы предъявляются только после того, как запротоколированы показания допрашиваемого по соответствующему вопросу. Ситуация, когда по крайней мере, два абзаца из сказанного в суде в нескольких предложениях идентичны, слово в слово совпали с зафиксированным в переводе протокола допроса в досудебном процессе, вынуждает усомниться в допустимость таких показаний в качестве доказательств согласно части второй статьи 130 Уголовно—процессуального закона и в достоверность согласно статье 128 Уголовно—процессуального закона.

Из показаний свидетеля Антанаса Петкаускаса (приговор, л. д. 75) следует, что Сергеюс Маркевичус ездил в Калининград, чтобы привезти оттуда взрывное устройство без механизма, и затем он сам лично в Латвии для него изготовил заводной механизм. Следует отметить, что изложенное этим свидетелем не соответствует объективным фактам, а именно, в деле, том 3, л. д. 139 и 141, находится информация Главного управления Государственной пограничной охраны о пересечении границы, где упомянуто, что с 01.01.2007 по 31.01.2008 не зарегистрированы факты пересечения границы в отношении Сергеюса Маркевичуса. С 01.01.1998 по 31.12.2005 не зарегистрированы факты пересечения границы в отношении Сергеюса Маркевичуса.

3. В копии карточки учета Военного билета Сергеюса Маркевичуса, том 25, л. д. 86 - 87, указано, что был призван на военную службу в Радио технические силы - оператор. Считаю, что по делу не получены сведения о фактах, вызывающие уверенность в том, что Сергеюс Маркевичус умеет изготовить технически сложное взрывное устройство с дистанционным управлением.

4. По делу нет ни одного доказательства, подтверждающего вину Сергеюса Маркевичуса в приобретении, хранении, ношении и перевозке огнестрельного оружия. Нет доказательств, указывающих на то, где, когда, от кого Сергеюс Маркевичус приобрел огнестрельное оружие и боеприпасы, когда, где хранил и носил. У Сергеюса Маркевичуса не было обнаружено ни в личных вещах, ни дома, ни одно огнестрельное оружие, ни также боеприпасы. Изъятое по делу огнестрельное оружие невозможно связать с Сергеюсом Маркевичусом, так как для этого не хватает причинной связи, потому что по делу для подтверждения этих сведений нет доказательств.

Нельзя согласиться с выводом суда первой инстанции в приговоре на 85-м листе, что лицо, не являющееся гражданином Латвийской Республики, можно выдворить из государства в соответствии с частью третьей статьи 21 и частью первой статьи 242 Уголовного кодекса Латвии. Уголовный кодекс Латвии утратил силу 1 апреля 1999 года и вместо его 1 апреля 1999 года вступил в силу Уголовный закон ЛР. В законе «О порядке применения и вступления в силу Уголовного закона» не отговорено, что, применяя наказание, предусмотренное санкцией статей Особенной части Уголовного закона, допускалось бы применение к лицу дополнительного наказания, предусмотренного Уголовным кодексом Латвии. В пределах санкции статьи 118 Уголовного закона ЛР не предусматривается возможность применить дополнительное наказание - выдворение из Латвийской Республики. В соответствии с частью второй статьи 43 Уголовного закона, это наказание присуждается в качестве дополнительного наказания, установив запрет на въезд на срок от трех до десяти лет. приводя его в исполнение после отбывания основного наказания или после освобождения от отбывания наказания досрочно в установленном законом порядке. Срок отбывания дополнительного наказания исчисляется со дня, когда лицо выдворено из Латвийской Республики.

Согласно статьям 124, 127 Уголовно-процессуального закона в уголовном процессе подлежит доказыванию наличие или отсутствие состава преступного деяния, а также иные предусмотренные Уголовным законом и настоящим законом обстоятельства, которые имеют значение для справедливого урегулирования конкретных уголовно-правовых отношений. Для обоснования наличия или отсутствия обстоятельств, входящих в предмет доказывания, используются доказательства.

При наличии хоть малейших сомнений в виновности лица, которые нельзя устранить, их следует оценивать в пользу лица, имеющего право на защиту.

В соответствии с частью 1 статьи 1 Уголовного закона, уголовной ответственности и наказанию подлежит только лицо, виновное в совершении преступного деяния, то есть умышленно (преднамеренно) или по неосторожности совершившее предусмотренное настоящим законом деяние, содержащее все признаки состава преступного деяния.

При таких обстоятельствах, когда в совершении убийств Геннадия Передельского, Гатиса Айшпурса и Айгара Лусиса, и в совершении покушения на убийство Владимира Вашкевича ни субъективных, ни объективных доказательств в отношении Сергеюса Маркевичуса по делу нет, недопустимой является ситуация, когда за эти безжалостные преступные деяния ответственность должен нести мой подзащитный, в свою очередь, истинный исполнитель преступного деяния остается безнаказанным.

Так как не доказан состав преступного деяния, то не устанавливаются все признаки состава преступного деяния, как непременно это определено частью первой статьи 1 Уголовного закона.

Рекомендуем на данную тему:

Фигуранты «дела Вашкевича» – на скамье подсудимых

Как сажает Вашкевич: мнение осужденных его "подрывников" (Часть первая)

Как сажает Вашкевич: мнение осужденных его "подрывников" (Часть вторая)

Как сажает Вашкевич: мнение осужденных его "подрывников" (Часть третья: об убийстве Айгара Лусиса)

Как сажает Вашкевич: мнение осужденных его "подрывников" (Часть четвертая: об убийстве Геннадия Передельского)

Как сажает Вашкевич: мнение осужденных его "подрывников" (Часть пятая: покушение на убийство Владимира Вашкевича)

Как сажает Вашкевич: мнение осужденных его "подрывников" (Часть шестая: убийство Гатиса Айшпурса)

Обвиняемые в убийствах трех бизнесменов заявили, что невиновны (видео)

2012-03-29 13:43:37