Главная  Архив  Обращение к читателям  Пишите нам  Персоналии   Законы  Консультации
[EN] [LV]

Некоторые евреи жалеют денег на книги о Холокосте

Ольга Казачок

  

(picture 2)
Газета «Час» написала о конфликтной ситуации, возникшей между членом еврейской общины, писателем и просветителем Леонидом Ковалем, – и богатыми членами общины, жалеющими денег на святое дело.

Латвийский писатель Леонид Коваль никак не может добыть денег от богатых латвийских евреев на святое дело – на распространение его трудов о судьбе народа в годы второй мировой войны.

Латвийская газета «Час» написала о конфликтной ситуации, возникшей между членом еврейской общины, писателем и просветителем Леонидом Ковалем, – и богатыми членами общины, жалеющими денег на святое дело. Вот что пишет газета:

За что Леонид Иосифович обижен на еврейскую общину

«Прошу не для себя»

С Леонидом Ковалем мы разговариваем в его юрмальском доме («Купил по цене двухкомнатной квартиры», - комментирует он), где зарегистрировано и созданное им Общество истории гетто и геноцида евреев. Леонид Иосифович, показывая свою переписку с еврейской общиной, с обидой называет ее руководителей «они»:

- Они ответили мне: мы не в состоянии удовлетворить ваши нужды. Но для себя мне ничего не нужно! Мне обидно, что еврейская община не придает значения литературе, единственному хранилищу народной памяти, главному достоянию народа. А я единственный в мире исследователь Холокоста.

- Как так единственный? Не может быть!

- Это не я сказал. Мне недавно прислали из Америки журнал, в котором меня называют первым летописцем Холокоста. Я занимаюсь этой темой уже 50 лет. Я первым честно рассказал о Холокосте в Латвии и Белоруссии. После того как в журнале «Даугава» был опубликован мой роман «Корни дикой груши», возможно, один из лучших, ко мне хлынул поток писем со всего мира. Ко мне приходили люди, чтобы только дотронуться до меня, они рыдали, становились на колени...

- А община-то в чем провинилась?

- В каждой школе Латвии должна быть моя книга, но они не хотят их распространять. И даже запрещают продавать их в Доме еврейского общества.

- Но, Леонид Иосифович, там нет магазина!

- Там был киоск. Они его закрыли. Что за еврейский дом без книг? В Латвии не вышел ни один фильм о Холокосте, о святом человеке Жанисе Липке, а вот о Цукурсе вышел. Я предлагал сделать 10-томник еврейско-латышских отношений. И богатейшие люди Латвии не могут найти на это деньги! Я хожу, как нищий, прошу у всех денег на книги. Кроме моих работ, в Латвии ничего серьезного не издается.

- А в магазины вы свои труды не отдаете?

- Нет.

- Почему?

- Не хочу, чтобы равнодушные руки мусолили эти кровавые книги.

На самом деле еврейская община пыталась распространять «Книгу спасения» в школах Латвии. Но эта попытка только углубила непонимание.

Бесплатно. Но не даром

Леонид Коваль подчеркивает, что пишет не для заработка.

- Мне лично ничего не нужно. Мне помогает мой сын. Получать гонорары за работы о Холокосте аморально, - говорит он.

Однако в еврейской общине этот образ бессребреника вызывает иронию.

- Когда Леонид пришел ко мне с предложением подарить его книги о Холокосте школам Латвии, - рассказывает Аркадий Сухаренко, - я сразу же обратился в Рижскую думу и министерство образования. Министерство отказалось, а дума согласилась взять 105 книг для столичных школ. И Леонид тут же попросил перечислить по 10 латов за каждую книгу. Мы перечислили 1050 латов на счет Общества истории гетто и геноцида евреев - за книгу, издание которой я частично спонсировал!

- Какие 1050 латов? Вы с ума сошли! Никто мне ничего не перечислял! - отреагировал Коваль на мой вопрос об этом денежном взносе, и даже наличие платежных поручений для него не стало аргументом.

Через некоторое время Леонид Коваль вышел к еврейской общине с новым предложением: вкладывать книги в продуктовые пакеты, которые ежемесячно распределяются среди малоимущих.

- Мы сразу поддержали эту идею, - говорит Аркадий Сухаренко. - Но тут Коваль сказал, что для этого книги у него придется купить. Получилось, что нам нужно выбирать: положить в пакет бутылку подсолнечного масла или книгу, и мы не сочли возможным сокращать количество продуктов.

- Аркадий заявил: «Лучше мы дадим человеку масло, чем вашу книгу», - рассказывает об этом эпизоде Леонид Коваль. - Когда я это услышал, мне стало плохо. Вот их отношение к литературе!

- Но, согласитесь, это жестокий выбор, - говорю я. - Разве нельзя было дать книги даром? Тем более что издавались они за счет спонсора.

- «Книгу спасения» финансировал депутат Сейма Олег Денисов. Он вложил 10 000 латов, так надо было ему хоть что-то дать, а они бы от этого не обеднели.

- А сейчас вы рассчитались со спонсором?

- Да, теперь это моя собственность.

- Ну так давайте отдадим книги людям. Еврейская община готова положить их в продуктовые пакеты.

- (Молчание). У меня мало осталось. Книг 100 всего.

- Давайте их отдадим!

Тут Леонид Иосифович переводит разговор на другую тему, и дилемма «книги или масло» остается неразрешенной.

Кстати, Олег Денисов сообщил «Часу», что никаких денег за ту книгу он от господина Коваля не получил и даже вопрос об этом не ставил - спонсорство есть спонсорство.

«Хожу как нищий»

Леонид Иосифович часто повторяет, что в нем нет зла, только добро, но в то же время не скупится на нелицеприятные эпитеты. Не хочется повторять выражения, адресованные Гите Умановской, директору Дома еврейского общества, Илье Герчикову, Эдуарду Цеховалу. Все бизнесмены у него - «бездуховные», лидеры латвийской еврейской общины - в особенности. А нынешние евреи - самые необразованные за всю 3,5-тысячелетнюю историю. Зато, говоря о себе, не жалеет эпитетов превосходной степени.

Провозглашая бескорыстие, он, отзываясь о людях, непременно отмечает: тот «дал 200 латов», этот «ни копейки не дал». И сразу понятно, кто для него положительный герой.

- В 2004 году я организовал уникальный проект «Яд Вашем» («Память и имя»). Ему нет аналогов в мире. Об этом все газеты пишут. Я издаю рукописи узников гетто и сталинского ГУЛАГа. Со всего мира мне идут рукописи - из Австралии, Новой Зеландии. Мы с чешским композитором Станиславом Граховским написали первую оперу о Холокосте.

- Где она идет?

- Она должна была пойти, но он умер. Это особая трагедия моей жизни. С Хвойницким мы сделали реквием «Колокола Холокоста». Еврейская община денег не дала.

- По мнению Леонида Коваля, «бездуховные» предприниматели обязаны давать деньги тем, «кто осознает нравственные и культурные ценности народа», то есть ему, - говорит Виталий Готлиб. - Однажды он пришел ко мне, представился и попросил денег на издание книги о Холокосте. Я дал 3000 долларов. Потом читаю в одном из его писем: никто, мол, мне не дает денег на издание книг. Я позвонил Леониду: «Но я ведь вам дал». А он отвечает: «Это вы мне дали не на книгу, а на мою поездку в Америку». Хотя ни о какой поездке речь не шла.

- Когда я учился в РКИИГА, то был членом общественной студенческой редакции газеты «Инженер Аэрофлота», а Леонид Коваль был ее редактором. В то время он зарабатывал деньги, публикуя серии статей в «Советской молодежи». Тогда он писал о славном пути латышских стрелков. Позже такой сквозной и доходной темой для него стал Холокост, - рассказал Александр Милов, член попечительского совета еврейской общины. - На заседании попечительского совета общины я сказал ему жесткие слова, которые готов повторить: не надо на чужой трагедии делать капитал.

О том заседании попечительского совета Леонид Коваль вспоминает так:

- В гестапо я, наверно, лучше бы себя чувствовал. А я ведь только хотел вернуться к тому, чтобы еврейская община помогла мне распространить мои книги по школам.

- Предварительно выкупив их у вас?

- Что? - снова уходит от ответа автор.

- Мы пытались ему объяснить, что писатель, который зарабатывает литературным трудом, должен распространять свои книги сам - благо розничных сетей хватает, - говорит Аркадий Сухаренко. - А если вы хотите сделать вместе с общиной доброе дело, то дарите свои книги.

И снова это слово - «распространять»? Но почему бы книги не продавать? Ответ прост и грустен: не покупают...

- Отдали бы мне на год Еврейский дом, тогда бы они узнали, что можно там сделать, - мечтает Леонид Коваль. - Можно открыть там театр. И поставить мою прекрасную пьесу «Покаяние, или Полет над бездной».

Но и пьесу эту уже ставили.

- Три спектакля прошли при пустом Малом зале на 80 человек. Человека нельзя заставить смотреть то, что он не хочет, - говорит директор Рижского русского театра Эдуард Цеховал.

- Он лжет. Людям нравилось, - бурно реагирует на это Леонид Коваль.

- Я был на спектакле, - говорит Аркадий Сухаренко. - Грустное зрелище, пустой зал...

Рассказывая об отношениях с прежним руководством общины, Леонид Иосифович произносит замечательную фразу: «Я непродаваем». Имея в виду «неподкупен». Но поневоле получается многозначительная игра слов...

«Нельзя зарабатывать на святом»

Особая пикантность ситуации - в теме, которой занимается Леонид Коваль.

- Работа над святой темой не делает человека святым, - уверен Александр Милов. - Напротив, она требует высокой нравственности и высвечивает недостатки.

- Холокост - страшная трагедия, и каждый, кто касается этой темы, должен быть предельно точен, поскольку даже мелкое несоответствие истине ставит под сомнение все остальное, а это выгодно тем, кто хотел бы преуменьшить эту трагедию или вовсе забыть о ней, - считает глава попечительского совета общины Виталий Готлиб. - Нельзя зарабатывать на Холокосте. Это бросает тень на память тех людей, которые безвинно приняли мученическую смерть.

- А как вы прокомментируете утверждение Леонида Коваля, что он единственный в мире занимается исследованием Холокоста?

- Исторических исследований, литературы на эту тему масса, в том числе и в Латвии, где вклад сотрудников музея еврейской истории и его основателя и руководителя Маргерса Вестерманиса трудно переоценить. Александр Бергманис, который прошел пять концлагерей и спасся чудом, написал пронзительную, талантливую книгу «Записки недочеловека». За последние годы вышли воспоминания узников Рижского гетто Элмара Ривоша (на трех языках), Кауман Линкерер, Фриды Михельсон (она издана Леонидом Ковалем на средства общины), снят фильм о Рижском гетто, установлены памятник спасителям, а также мемориальные камни на местах массовых расстрелов евреев - их в Латвии около 210. Так что непрерывные заявления Коваля об особых заслугах в этой области выглядят странно, - говорит Виталий Готлиб. - Община постоянно занимается этой темой.

Многолетний директор, а ныне консультант музея «Евреи Латвии» Маргерс Вестерманис считает произведения Коваля скорее художественными, чем историческими, и оценивает их более чем сдержанно.

- Холокост стал модной темой. Но серьезных работ о Холокосте в период немецкой оккупации Латвии мало, и к ним относятся труды Маргерса Вестерманиса, Андриевса Эзергайлиса, Рудите Виксне и Дзинтарса Эрглиса, - считает профессор ЛУ Айварс Странга. - Что же касается трудов Леонида Коваля, то я знаю, что историческим трудам должны быть присущи три качества: 1. Нужно самостоятельно работать в хранилищах информации, в частности, в архивах. 2. Нужно самостоятельно оценивать источники. 3. Нужно делать самостоятельные выводы. По моему мнению, эти качества трудам Леонида Коваля не присущи.

- Увы, по моему мнению, он не является хорошим писателем, а человеческие его качества недостаточны для того, чтобы быть мерилом порядочности, - подводит итог Аркадий Сухаренко. - Я согласен с профессором Странгой, что работы Коваля нельзя считать исследованием. Исследованием занимается Маргерс Вестерманис, который постоянно работает в архивах.

- Да, я больше известен за рубежом, чем дома, - не удивляется таким оценкам Леонид Иосифович.

Но и с зарубежной славой не все однозначно...

Что за академия, создатель?

В последнее время несколько газет с восторгом рассказали о полученной Леонидом Ковалем очередной награде - дипломе International academy of sciences, education, industry & arts (Международной академии наук, образования, промышленности и искусств).

- Да это просто «охотничьи» рассказы! - эмоционально отреагировал председатель попечительского совета еврейской общины Виталий Готлиб. - В мире сотни общественных организаций, которые занимаются вручением дипломов по цене бумаги, из которой они изготовлены. Сегодня за небольшую плату любой может стать членом разных академий.

- Есть такой бизнес, особенно популярный на территории бывшего Союза, где осталось представление о престижности звания «академик», когда за небольшую сумму или бесплатно можно получить то или иное звание, - говорит предприниматель Александр Милов. - Ценность их хорошо известна, и поэтому я с иронией прочел выступление Коваля под заголовком «Академик Коваль», в котором он с гордостью говорит об очередной такой награде.

Что же это за академия такая? Заглянем на домашнюю страничку. Там сказано, что это неправительственная общественная организация, существующая с 1995 года, создание которой в своем письме поддержал президент США Билл Клинтон. (Леонид Иосифович уверяет, что Клинтон ее и создал.)

Среди целей и задач - и способствовать, и улучшать, и помогать, причем во всех сферах - от науки до шоу-бизнеса. Вызывает изумление графа «Аналитика» - с набором перепечаток из разных изданий. Самая свежая из них датирована... октябрем 2007 года. Фотогалерея представляет собой набор портретов известных лиц - Дмитрий Лихачев, Эльдар Рязанов. Как они связаны с академией, можно только догадываться. Кстати, в списке академиков Леонида Коваля нет. Только Владимир.

Порывшись в интернете, нахожу имя учредителя сайта - Михаил Бахмутский, Калифорния. Как сообщается, от имени академии он подготовил выступление в защиту израильских поэтов. Более ничего.

Надо звонить, решаю я. Но в графе «Контакты» - только список лиц разной степени известности, включая Михаила Горбачева и Аскара Акаева, и - ни одного телефона. На мое электронное послание за три недели никто не отреагировал.

Вот такая академия...

С другой наградой Леонида Коваля, которой он гордится, - золотой медалью Общества Франца Кафки - тоже не все просто. Обществ с таким названием два. И то, лауреатом которого является культовый японский писатель Харуки Мураками, в википедии просит не путать себя с другим, наградившим Леонида Коваля. В Латвии это второе общество представляет журналист Марат Каландаров.

- Марат мне тоже предлагал вручить эту медаль, - говорит председатель Совета еврейских общин Аркадий Сухаренко. - Я удивился, поскольку никогда не был ни писателем, ни поэтом. Но господин Каландаров сказал: «А мы вас наградим как издателя». Тогда я понял, что это несерьезная награда.

- Самопиар г-на Коваля достиг таких высот, что количество псевдозваний и сомнительных регалий, о которых он непрерывно сообщает, уже начинает зашкаливать, - считает Виталий Готлиб. - По-видимому, ему кажется, что с каждой новой «наградой» или очередным новым «званием» его высказывания приобретают особую значимость.

- Дай бог Леониду Иосифовичу здоровья, - подводит итог Аркадий Сухаренко. - Пусть живет как можно дольше и занимается тем, что, как ему кажется, у него хорошо получается. Нас только тревожит, что его ассоциируют с общиной и получается, что нападки на уважаемых нами людей, с которыми Леонид время от времени выступает в СМИ, воспринимаются как наше общее мнение, хотя еврейская община к этому отношения не имеет. (В частности, возмущение общины вызвала его публикация о Раймонде Паулсе.)

«С моей стороны было бы глупо утверждать, что я один прав», - пишет Леонид Коваль в одном из своих писем в общину. Если бы он на самом деле так думал...

Рекомендуем на данную тему:

Президентский историк Инесис Фелдманис: в Саласпилсе погибла какая-то тысяча евреев

Мстят ли евреи Грутупсу?

Олигархи промывают мозги народу, настраивая против евреев и русских

Евреям в Риге стало страшно

2009-09-25 10:33:09