Главная  Архив  Обращение к читателям  Пишите нам  Персоналии   Законы  Консультации
[EN] [LV]

Винетс Велдре: «Не провоцируйте меня!»

Latvijas Avīze, перевод Иносми.ру

  

(picture 2)
Министр обороны Винетс Велдре.

Предлагаем фрагменты из интервью Latvijas Avīze с главой оборонного ведомства Латвии Винетсом Велдре.

- Почему "Народная партия" именно вас выдвинула на пост министра обороны Латвии? Об этом были слышны различные точки зрения, начиная с того, что вы - политический тяжеловес, карьере которого нужно всячески содействовать, и заканчивая тем, что вас просто надо было куда-то девать.

- Я за должностью министра обороны не гнался и с удовольствием бы продолжил заниматься сферой здравоохранения, где у меня было много начинаний. Две недели думал. Политическим тяжеловесом сам себя не считаю, так как я недавно в политике.

- Известно, что в армии вы не служили. Это мешает на посту министра или как раз наоборот?

- Вопрос интересный... В этом есть и плюсы, и минусы - пятьдесят на пятьдесят. Если кто-то думает, что двух- или трехлетняя служба в Cоветской армии дает человеку большой военный опыт, это неправда. Да, за несколько лет можно получить представление об армии, но опыт нарабатывается, как минимум, лет за пять.

- Вы себя сильно зарекомендовали на посту генерального директора Продовольственно-ветеринарной службы, снискав уважение общества и политиков. Сложности пришли вместе с главным креслом в министерстве здравоохранения. Также и ваши первые распоряжения в качестве главы министерства обороны вызвали разную реакцию в среде военных и чиновников. Есть мнение, что ваша проблема на министерских должностях состоит в том, что вы переняли репрессивные методы и стиль работы Продовольственно-ветеринарной службы: постоянно желаете контролировать, проверять, никому до конца не доверяете. Часть офицеров это задевает. Один из них ясно и четко произнес: министр жутко рискует, если думает, что может отправиться с внезапной проверкой в какую-либо воинскую часть! Так он может даже получить пулю в лоб от караульного солдата!

- Такие визиты я наношу вдвоем с командиром армии. Если какой-то солдат из охраны нас не узнает и задержит, может быть уверен - он будет представлен к награде за честное несение службы. Но если министр поймает этого солдата или его командира на службе пьяными, уже на следующий день будет паковать свои вещички и уберется вон из армии.

Конечно, эти проверки не проводятся повседневно. Работу людей нужно организовать, дать конкретные задания, но также и проконтролировать. При этом моя цель вовсе не состоит в том, чтобы беспрестанно контролировать с высоты своего министерского положения. Я могу спуститься и до уровня солдата. Бывало, что приказывал шоферу остановиться, видя, как по обочине дороги идет с рюкзаком рядовой, и предлагал его подвезти. В то же время сфотографировал выходящего из магазина солдата, наполовину одетого в военную форму, наполовину - по "гражданке", с какими-то китайскими или японскими иероглифами. Я назвал командиру армии время и место, но фотографию попридержал у себя.

О чем свидетельствует эта ситуация? О том, что надо вести разъяснительную работу на различных уровнях как с помощью приказов, регламентов, экзаменов, так и чисто по-человечески. Зафиксировав военный автомобиль, который несся на огромной скорости, велел выяснить, в чем дело. Не надо устраивать охоту на ведьм, однако военнослужащие должны понимать, что их идентифицируют, и что подобные вещи чести армии не делают. Униформа - это представительство государства. Со мной эти штучки не пройдут! В свое время одного перепившегося полицейского после третьего предупреждения я закрыл в туалете на бензозаправке... Я человек не наивный и не придирчивый, но есть вещи, которые прощать нельзя. Если командир батальона или роты в своих людях уверен, ему нечего опасаться внезапного визита министра.

Я также внимательно изучаю инфраструктуру Национальных вооруженных сил Латвии. Например, на военном полигоне в Адажи до сих пор нет ограждения. Представьте картину: солдат боевыми патронами стреляет в цель, и вдруг там появляются тетушки с корзинами грибов... Я уже отдал приказ о разработке плана по развитию военной базы, так как многие помещения в катастрофическом состоянии. Например, оказалось, что гаражи советской постройки в Адажи были сделаны без цемента, только крыша сверху. Один такой в Цесисской школе инструкторов уже обвалился. Видимо, во время строительства прапорщики воровали цемент налево и направо. Солдаты должны охранять знамя своего подразделения, базу, оружие, амуницию и топливо, знаете, тоже. Чтобы не было того, что за счет стоящих у забора на приколе автомобилей "накручивался" километраж и списывалось это топливо. Пусть смотрят. У меня нет черной зависти по поводу того, что парни ездят на хороших машинах. Но надеюсь, что нет связи между тем, что у большей части военных личные авто работают на дизельном топливе, и тем, что в армейской автотехнике также задействовано дизтопливо. Не хочу никому угрожать, но, как только кого-то поймают, он из армии вылетит!

- По поводу воровства согласен. Но разве порядок ношения военной формы одежды действительно столь важен, что министр обороны должен обращать на него такое большое внимание? На том, что кепка не так надета, пуговица не застегнута, можно любого поймать - от рядового, до генерала.

- Я не думаю о мелочах, а лишь о том, что бросается в глаза.

- В свое время Latvijas Avīze уже писала о проблемах Адажского военного полигона, в том числе о необходимости забора. Но для того, чтобы огородить восемь тысяч гектаров, нужны большие деньги. К тому же, через любой забор можно перелезть, если, конечно, по нему не пустить ток в тысячу вольт. Против этого возражают защитники природы, так как подобные меры помешали бы естественной миграции животных.

- Отведем на задний план заботы о природе в связи с Адажским полигоном. Важнейшим вопросом является безопасность. Кроме того, я попросил уточнить, когда и при каких обстоятельствах была приватизирована часть полигона, и почему именно у озера. Также я попросил выяснить, что происходит со списанным металлом. Его мы могли бы сдавать на переработку и использовать для строительства ангаров. Я дал задание совету по инфраструктуре и совету по обеспечению приступить к разработке пакета документов по стандартизированной военной базе и квартире военнослужащего. Это могло бы снизить затраты на их строительство и ускорить его. Я вовсе не наивен в денежных делах. На Адажском полигоне строим спортивный холл, но в три раза дешевле, чем планировалось. Остановил сев травы на летном поле военного аэродрома в Лиелварде за 250 тысяч латов - ехайды, что там сеять, если трава сама растет!

- Почему тогда вы не предъявляете и не призываете к ответственности растратчиков этих денег?

- Для меня важнее всего развитие, а не охота на ведьм. Проводится работа над планом механизации армии, который скоро будет рассмотрен на закрытом заседании правительства - думаю, его результаты мы увидим уже в конце этого года. То же самое относится к среднему и тяжелому вооружению. Через полтора года должна быть готова первая платформа для патрульного корабля, которая заложена здесь, в Риге. Мне есть, что делать, но я не наивен. Был тут один русский кораблик, который хотел исследовать в Балтийском море водоросли... Также я запретил пролеты через воздушное пространство Латвии многим самолетам, в отношении которых не известно, что в них находится - цыплята в клетках или что другое. Пару домов напротив наших военных объектов приказал проверить. ..

- В интервью агентству LETA вы предложили солдатам, которые жалуются и болтают, уйти из армии.

- Именно так - пусть не мучаются!

- Но знаете, в своей практике я сталкивался с несколькими случаями, когда именно анонимная жалоба журналистам решала проблему. Например, несколько лет назад солдаты никак не могли добиться, чтобы на военной базе в Адажи возобновилось оказание стоматологических услуг. Стоило только об этом написать, как зубной врач появился там в течение недели!

- Согласен, что могут быть отдельные случаи жалоб, но это не должно стать системой. Поверьте, те, кто жалуются, обычно в столовой стоят первыми. Жалобы следует выслушивать и вопросы решать. Когда я был в Афганистане, солдаты жаловались на носки: вроде бы мелочь, но, с другой стороны, это вопрос гигиены и здоровья, который нужно решить.

- В свое время солдаты жаловались министру Атису Слактерису и на подштанники, но когда министр спросил - какие бы вы хотели? - почти у каждого была своя версия насчет моделей и материалов для кальсон. Разве это не выглядит несколько глуповато?

- Несколько вариантов стандарта может быть - в пределах здравого смысла. Касаясь обмундирования, хотел бы сказать, что в ближайшее время своя форма будет и у "яунсаргов" - отдельные модели разработаны как для мальчиков, так и для девочек ("Яунсардзе" - военизированная детская организация, предыстория и, в определенной мере, идеология которой тесно связаны с довоенными "айзсаргами", составившими базу как для военного переворота в Латвии в мае 1934 года, так и для карательных подразделений, помогавших нацистам в 1941-44 годах уничтожать евреев, советских активистов, партизан и др. - прим. пер.). Вообще на "Яунсардзе" я хотел бы сделать особый акцент: она должна стать сильным движением, которое популяризирует патриотизм и активный образ жизни. В этом также большая роль у местных самоуправлений и 'Земессардзе' (своего рода ополчение, армейский резерв, созданный в начале 1990-х годов по принципу территориальной самообороны. Частично выполняет функции довоенных "айзсаргов" - прим. пер.).

- Между прочим, не думаете ли вы сами вступить в "Земессардзе"?

- Есть такая мысль. Решу, когда уже не буду министром обороны.

- Говоря о патриотизме: каково ваше мнение по поводу родного хутора полковника Оскара Калпакса "Лиепсалас" (бывший царский офицер, командир "латышских вооруженных сил в Риге" с 1 января по 6 марта 1919 года, национальный герой Латвии. Погиб в Курземе у местечка Айрите в перестрелке со "своими" - подразделением союзного немецкого "ландесвера" при неудачной попытке окружить полк красных латышских стрелков - прим. пер.), который был предложен Латвийской армии, но та от подарка отказалась?

- Давайте сначала дождемся, чем закончится судебный процесс с наследниками Калпакса. Мое мнение: "Лиепсалас" должен быть филиалом Военного музея Латвии, где могли бы проходить мероприятия "яунсаргов" и "земессаргов".

- Ясно, что министерство обороны должно было бы выполнить завещание старушки Арии Калпака-Грундмане, хотя, с другой стороны, у меня есть неофициальные сведения, что по оценке Военного музея, "Лиепсалас" - вовсе не культурно-историческое место, а субъективное представление о нем одной госпожи, когда-то жившей в Америке.

- Не надо беспокоиться о культурной истории, а хутор "Лиепсалас" мог бы стать прекрасным местом, где можно развивать традиции патриотизма.

- Также, как возобновить конную гвардию, приказать трем военным оркестрам маршировать по городам?

- Именно так. У меня есть идея и приказ относительно оркестров. Например, в Риге они могли бы маршировать с дефиле по конкретному маршруту: памятник Свободы - площадь Ливов - "Музей оккупации" - Домская площадь - Замок президента - Военный музей. Подобные дефиле могли бы проводиться в Елгаве, Лиепае, Даугавпилсе и других городах. Еще я приказал работать над созданием маршей для латвийской армии, чтобы не приходилось играть только зарубежные мелодии. Еще забросил идею, что, возможно, следовало бы возродить некогда славный армейский эстрадный ансамбль "Звездочка". Также поддерживаю выдвинутую в свое время "национальными партизанами" (современное официальное название в Латвии "лесных братьев" - прим. пер.) идею учреждения ордена Калпакса, при этом сам предложил идею о необходимости ордена "За мужество" - у нас есть разные ордена и медали, но такого нет. Многие люди были бы достойны этого ордена. Призываю также газету Latvijas Avīze обратиться к своим читателям разных поколений и профессий с просьбой подумать над тем, что было бы полезно для долгосрочной программы патриотического воспитания, которую хотелось бы создать.

- Некоторое время назад вы смело заявили, что пока наши солдаты в Афганистане не будут обеспечены всем необходимым, они не возьмут на себя дополнительных обязательств, которые уже были обещаны американцам. За это вы подверглись критике со стороны политиков и зарубежных союзников, так как на поле боя так союзники себя не ведут. Скажите, это была только поза, и независимо ни от чего, они, воины, все же станут выполнять самые опасные задания?

- Я сам съезжу в Афганистан, посмотрю, каковы обстоятельства и экипировка наших солдат, и только тогда приму решение.

- Но уже сейчас известно, что оно будет позитивным, не так ли?

- Не провоцируйте меня! Не указывайте мне, какие решения принимать!

Рекомендуем на данную тему:

Контрабанда мяса – больше вопросов, чем ответов

Делишки министра здравоохранения

2008-04-28 14:27:23