Главная  Архив  Обращение к читателям  Пишите нам  Персоналии   Законы  Консультации
[EN] [LV]

Нынешняя схема приватизации Lattelecom и LMT невыгодна

Бизнес&Балтия

  

(picture 2)
До конца января 2007 года уполномоченные правительством министры должны разработать стратегию дальнейших действий в вопросах приватизации крупнейших предприятий страны — LMT и Lattelecom.

До конца января 2007 года уполномоченные правительством министры должны разработать стратегию дальнейших действий в вопросах приватизации крупнейших предприятий страны — LMT и Lattelecom. На кону невиданная для Латвии сумма: около 1 млрд. Ls. Именно столько, по неофициальной информации, могут стоить оба предприятия. Какая схема приватизации наиболее выгодна для государства и потребителей? Не пытаются ли власти пролоббировать чьи-либо корыстные интересы? Какие подводные камни возможны?

Три варианта

Вопросы, связанные с приватизацией и переговорами с совладельцем Lattelecom и LMT — скандинавским холдингом TeliaSonera, правительство решает за закрытыми дверями. Однако недавно неофициально стали известны схемы возможной приватизации.

Первая, которую отраслевые эксперты называют самой вероятной, предполагает обмен долей обоих предприятий. В результате которого государство станет стопроцентным собственником Lattelecom, а TeliaSonera — LMT. Поскольку стоимость долей неравноценна, предусмотрена доплата со стороны TeliaSonera: называются суммы в размере 170-250 млн. Ls.

Вторая — это продажа скандинавам обоих предприятий.

Третья — отмена приватизации и сохранение статуса-кво.

Так какой же вариант может быть наиболее выгодным для развития отрасли, государства и потребителей? Ведь есть еще масса юридических нюансов. К примеру, TeliaSonera долгое время судилась с латвийской стороной, требуя компенсации в размере 87,6 млн. Ls за сокращение срока монополии Lattelecom, пока правительством Э.Репше не было заключено мировое соглашение. До сих пор в силе Базовый договор, регулирующий отношения между сторонами в Lattelecom и, как говорят, не слишком-то выгодный для Латвии.

Золотые яйца

Эти вопросы Бизнес&Балтия попросила прокомментировать бывшего члена совета директоров Lattelecom Виестура Шутко, который также был внештатным советником Эйнара Репше ("Новое время") по вопросам информационного общества и входил в рабочую группу, занимавшуюся подготовкой мирового соглашения с TeliaSonera.

— Г-н Шутко, какая схема приватизации, на ваш взгляд, наиболее приемлема?

— В свое время мы пришли к выводу, что необходимо разделить право собственности на LMT и Lattelecom — поскольку концентрация в одних руках двух таких компаний негативно влияет на рынок телекоммуникаций Латвии.

Мы предполагали, что к TeliaSonera перейдет LMT, а государство получит Lattelecom, чтобы в дальнейшем отдать компанию на приватизацию. Однако схема отличалась от той, что предлагается сейчас. Фактически мы хотели обменять на 49% долей Lattelecom, принадлежащих TeliaSonera, не все доли LMT, а лишь 11,5% — те, которые опосредованно, через Lattelecom, принадлежат ЛР. Без какой-либо доплаты.

Таким образом государство стало бы не только 100-процентным собственником Lattelecom, но и сохранило 28% долей в LMT — те, что принадлежат Государственному радиотелецентру и Министерству сообщения. И имело бы возможность влиять на деятельность LMT и получать хорошие дивиденды.

— TeliaSonera была согласна?

— Да. По-моему, это гораздо более выгодная сделка, чем та схема обмена, о которой говорят сейчас. В любом случае потом насчет этих 28% можно было бы с TeliaSonera поторговаться. Так что я не знаю, по какой причине наши государственные мужи задумали отдать все LMT.

Кстати, когда наш вариант приватизации был опубликован, лица, стоящие ныне у руля, подвергли его резкой критике. Кричали, что государству неразумно брать себе имеющий меньшую ценность Lattelecom, отдавая LMT — курицу, несущую золотые яйца.

Вражда акционеров

— А можно ли вообще отказаться от приватизации — или к этому Латвию обязывают условия мирового соглашения и Базового договора?

— Мировое соглашение предусматривает только завершение тяжбы. В Базовом же договоре сказано, что если одна из сторон желает продать Lattelecom, то вторая имеет право первой руки. Так что юридически ничто не обязывает государство продавать предприятия. Статус-кво может быть сохранен.

Однако я считаю, что это неразумно. Ведь мировое соглашение лишь положило конец формальным распрям между совладельцами. Но реально-то они остались, потому что интересы собственников сильно различаются. Например, у TeliaSonera есть дочерние предприятия в Эстонии и Литве. Поэтому она не хочет, чтобы Lattelecom экспортировал туда свои услуги, создавая конкуренцию. А Латвии, наоборот, это было бы выгодно — если Lattelecom увеличивает свой оборот за счет экспорта, возрастают доходы, прибыль компании.

У компании должны быть владельцы, которые могут совместно определять стратегические цели предприятия. К сожалению, TeliaSonera и Латвийская Республика договориться не могли. Из-за этого развитие компаний буксовало — многие стратегические решения были заблокированы вторым собственником.

— И сколько решений было заблокировано?

— Как бывший член совета директоров Lattelecom я обязан соблюдать конфиденциальность. Но такие ситуации были неоднократно. И на уровне стратегических вопросов, и на уровне повседневных решений.

Корыстный интерес

— Как вы думаете, придет нынешнее правительство к консенсусу по схеме приватизации?

— В последнее время они демонстрируют поразительное единогласие.

— Неужели даже в таком вопросе, связанном с огромными суммами, не столкнутся корыстные интересы политиков?

— Как ни странно, но в случае с Lattelecom доминировали именно политические интересы — по крайней мере, те четыре года, что я наблюдал за компанией изнутри. А явный экономический интерес с чьей-то стороны не прослеживался.

Впрочем, когда Айгар Калвитис был министром экономики в правительстве Берзиньша, он предлагал приватизировать 26% государственных долей Lattelecom за сертификаты. И мы прекрасно понимаем, что за этим может скрываться.

Однако сейчас я надеюсь, что побудительным мотивом при принятии решения о приватизации все-таки будет здравый смысл.

— Может ли национализация Lattelecom привести к негативным последствиям и обесцениванию предприятия?

— Безусловно. Если государство является владельцем 100% долей Lattelecom, то это очень рискованно для предприятия. Как единственный хозяин оно может обязать его к действиям, противоречащим логике бизнеса. К примеру, возложить на него ряд социальных функций, что будет обузой.

Кроме того, потом госмужи могут изобрести абсолютно любой способ приватизации. Так что если у кого-то имеется корыстный интерес, то он вполне может быть осуществлен.

— Но ведь ваша группа тоже планировала передать в собственность государства 100% долей Lattelecom.

— При переходе в руки государства риск есть в любом случае. Поэтому, если государство решит перенимать 100% долей, то сразу же должен быть разработан план продажи предприятия.

И обязательно должно быть оговорено, что стратегическим инвестором должна стать телекоммуникационная компания, выбранная в ходе международного конкурса. Цель которой — не спекулятивные сделки, а развитие услуг.

Цена вопроса

По неофициальной информации, аудиторы, проводящие оценку предприятий, оценили LMT в среднем в 668 млн. латов, а Lattelecom — в 260 млн. латов (без учета принадлежащих ему долей в LMT). Так что по примерным подсчетам 51% долей LMT, прямо и опосредованно принадлежащих ЛР, может составить около 340 млн. латов, а 49% Lattelecom, находящихся в ведении TeliaSonera, — около 130 млн. латов.

Что приватизируем?

Lattelecom. Совладельцы: 51% — Латвийская Республика, 49% — TeliaSonera. Оборот предприятия в 2005 году составил 134,1 млн. латов, чистая прибыль — 34,7 млн. латов.

Latvijas Mobilais telefons. Совладельцы: 23% — Lattelecom, 23% — Латвийский государственный центр радио и телевидения, 5% — Министерство сообщения, 49% — TeliaSonera. Оборот предприятия в 2005 году составил 168,4 млн. латов, чистая прибыль — 56,4 млн. латов