Главная  Архив  Обращение к читателям  Пишите нам  Персоналии   Законы  Консультации
[EN] [LV]

Вера и деньги: махинации с недвижимостью

Kompromat.lv

  

Депутат Сейма от Латвийской Первой партии Павел Максимов - выходец из семьи потомственных староверов. Достаточно сказать, что его дедушка Каллистрат руководил общиной древлерпавославных христиан в довоенном Прейли. Местные краеведы пару лет назад доподлинно установили, что знатный предок парламентария участвовал в сооружении первого молитвенного дома в этом латгальском уголке.

По мнению Павла Максимова, которое в июле 2006 года привел еженедельник «МК-Латвия», рассчитывать на кардинальное очищение латвийской старообрядческой церкви от всяческой скверны не приходится. В духовную власть на последнем съезде в мае прошлого года прорвались нечистоплотные люди. Факт множественного нарушения норм устава и закона при проведении этого форума подтвержден решением Административного районного суда, вынесенным в декабре 2005 года. Председателем Центрального совета на «съезде» избран Алексей Жилко, наставник одного из даугавпилсских храмов. В свое время он тоже служил в Гребенщиковском храме, но за разбазаривание общинных средств, был исключен из членов общины.

Что же происходит в Рижской Гребенщиковской старообрядческой общине? Вот что по этому поводу рассказывает газета «МК-Латвия» (август 2006 года).

В собственности гребенщиковских староверов 85,1 га земли. И какой земли! Высоко котируемой! Имеются в виду наделы в районе улиц Дзелзавас, Браслас, Мадонас, Стайцелес, Вейявас. Именно они составляют львиную долю в наследстве общины, столетиями сколачиваемом из пожертвований прихожан. Только кадастровая стоимость земельных богатств столичных древлеправославных христиан исчисляется миллионами (5, 25 млн. латов). Рыночная же стоимость многократно выше.

- В довоенной Латвии Гребенщиковская община содержала богадельню на 200 обездоленных, сиротский детдом, училище и школу, раздавала хлеб голодающим... – рассказал «МК-Латвии» потомственный прихожанин общины Игорь Гусев. – Сегодня ничего этого нет. В доме престарелых при храме живут восемь старушек. Опеку над ними тоже нельзя назвать благотворительностью. Часть из них подарили общине свои приватизированные квартиры, а обитают теперь в комнатушках общаги с общей кухней в конце коридора. Сам храм давно нуждается в капремонте. Оконные рамы прогнили. Наружные стены что труха, чуть ли не пальцем можно проткнуть насквозь. Такое же запустение внутри...

Гусев, избранный председателем ревизионной комиссии на собрании членов общины в июле 2002 г., активно взялся за поиски ответа на вопрос, почему богатейший приход нищенствует. Его соратником в этой борьбе стал депутат Сейма Павел Максимов, избранный на том же собрании председателем общины. Они обнаружили целую серию махинаций с недвижимостью, которые нанесли урон общине, исчисляемый миллионами латов. Едва попробовали придать этому огласку, как тут же поплатились за свой «язык» - и руководящими постами, и членством в общине (им не дали проработать даже года). Расправу учинили те самые остапы бендеры от церкви. […]

33-й параграф «гребенщиковского» устава, который был в силе до 22 октября 2004 г., разрешал приобретать и отчуждать недвижимость религиозной организации только с санкции собрания членов общины. Никакой лазейки для того, чтобы этим правом воспользовался совет общины, в этом главном нормативном документе гребенщиковских старообрядцев нет.

- Напротив, 44-й параграф устава жестко отрезает какие-либо пути для узурпации власти собрания узкой кучкой людей в лице совета, - продолжает Гусев. – Здесь, в частности, сказано, что совет может решать и другие вопросы деятельности общины, за исключением тех, которые входят в особую компетенцию общих собраний и наставников. В нашем распоряжении имеется заключение Минюста, подтверждающее, что мы правильно толкуем норму устава. А что оказалось на поверку?..

- Те, кто инициировал наше изгнание, полагали, что этим отрезаны все пути для дальнейшего изобличения махинаций, - говорит Гусев. – Но наш труд не пропал даром. Пусть и не сразу, но часть членов общины, не побоявшись аналогичной с нами расправы, подняла на одном из очередных общих собраний вопрос о махинациях с недвижимостью.

Гусев представил газете акт проверки использования недвижимого имущества общины от 20 июня 2005 г. Его подписали Дмитрий Мурашев, Клим Соколов и Иван Пастухов – члены комиссии, избранные на собрании общины в марте прошлого года. Акт изобилует примерами грубого нарушения 33-го параграфа устава...

О доме с замурованной старушкой

Открывает акт убийственный пример с домом на ул. Элизабетес, 12, в Риге. […]этот адрес не сходил со страниц газет и экранов ТВ. Рассказывалось о том, как нынешний хозяин дома замуровал входные двери, лишив возможности престарелую обитательницу возможности сходить за продуктами, вызвать к себе врача… Однако за кадром скандала остался факт того, что по акту денационализации этот дом в центре Риги был возвращен в собственность «гребенщиковцев». Что стало с домом после его возврата религиозной организации, повествует акт комиссии.

9 февраля 1999 г. тогдашний председатель совета общины Илларион Иванов без решения собрания членов общины выдал доверенность одному из банков с правом отчуждения этого дома вместе с землей. 22 апреля того же года обладатель доверенности продал 999/100 идеальных долей недвижимости частному лицу. 23 мая того же года, то есть месяц спустя после уже состоявшейся продажи, Иванов решил задним числом узаконить сделку и испросить на нее решение, которое требует 33-й параграф устава. Но собрал не полноправное собрание членов общины, а информационное собрание прихожан, у которого не было полномочий влиять на судьбу недвижимости, и, следовательно, все его решения не имеют юридической силы. Вот такая грубейшая схема!

Рыночная стоимость дома на ул. Элизабетес, 12, на продажи составляла около миллиона латов. А община от этой сделки получила только 18 тысяч. «Таким образом, Илларион Иванов без решения собрания, членов общины, то есть нарушив устав общины, превысив свои служебные полномочия, - утверждается в акте, - произвел отчуждение дома и нанес общине ущерб около 1 млн. латов...»

На этом махинации с домом не закончились. 9 июня 1999 г., утверждается далее в акте, Иванов, опять без решения общего собрания, выдал еще одну доверенность – на продажу земли под домом. В результате этой сделки община получила 27 тыс. латов. Хотя, по мнению членов комиссии, стоимость этого надела была в десять раз выше. «Этим незаконным действием Илларион Иванов нанес общине новый ущерб примерно в 200 тыс. латов...» - еще один вывод комиссии.

Шесть подарков для Лины

Другая серия махинаций связана с компенсационными землями, полагавшимися общине в результате денационализации за те ее исконные наделы, которые по закону самоуправление не могло вернуть. Речь идет о землях, которые в послевоенной Латвии оказались под дорогами, стадионами, другими сооружениями государственного значения. Закон требовал осуществлять компенсацию равноценными участками. В качестве критерия следовало брать цены 1940 г.

19 марта 1999 г., узнаем из акта комиссии, Илларион Иванов, Тимофей Рогозин и Александр Лотко, опять игнорируя мнение собрания общины, заключили с частным лицом Александром Петровым договор на продажу ему компенсационной земли плащадью 9,6 га, полагающейся за дороги в Пурвциемсе. Земля продана по доллару за метр, хотя на руках у устроителей этой сделки была оценка той земли, выполненная Государственной земельной службой, из которой следовало, что в 1940 г. эта земля стоила в семь раз выше. В результате сделки Иванов и иже с ним нанесли общине ущерб свыше 500 тыс. долларов, подвели еще один суровый итог составители акта.

Дальше, как говорится, больше. И тех 100 тыс. долларов в прямом виде община не получила. Покупатель этой земли Виталий Гринчишин (ему через семь месяцев Петров уступил права на компенсационные земли старообрядцев) предложил общине бартер. Он погасил «гребенщкиовцам» издержки в результате купли для них участка под сгоревшим детсадом на ул. Вайдавас.

По похожей схеме прошла и сделка по продаже компенсационных земель общины, полагающихся ей за стадион «Даугава» в Гризинькалнсе. В феврале 2002 г. новый глава совета религиозной организации Семен Иванов продал все тому же Гринчишину за 25 тыс. латов участок, который согласно официальной оценке (в ценах 1940 г.) стоил 103 тыс. латов. И снова переводить названную сумму на счет общины покупатель не собирался. Он предложил «интересный» бартер – свою землю на ул. Вайдавас, застроенную многоэтажными домами и потому малоценную. Но за нее взял с религиозной организации 40 тыс. латов. Поэтому по бумагам получалось, что старообрядцы должны предприимчивому дельцу 15 тыс. латов.

В акте комиссии фигурирует и вовсе вопиющая история – о шести земельных участках, подаренных общине некой Лине Цветковой. Среди прихожан эта незнакомка не была замечена. Комиссия нашла в бумагах, составленных по поводу «шести подарков», ссылку, что беспрецедентная щедрость объясняется услугами, которые эта госпожа якобы оказала религиозной организации. Но при всем упорстве проверяющие вынуждены были признать, что «услуги» имеют явно мифическую природу.

Кстати, выписка из Земельной книги свидетельствует, что только один из этих «подарков» заложен в банке под кредит в размере 880 тысяч латов. По грубым подсчетам, ничем не объяснимая благотворительность религиозной организации в пользу Лины-незнакомки исчисляется примерно 2 млн. латов. […]

Рекомендуем на данную тему:

Воры расхищают собственность староверов

Вера и деньги: 16 уголовных дел Гребенщиковской старообрядческой общины