Главная  Архив  Обращение к читателям  Пишите нам  Персоналии   Законы  Консультации
[EN] [LV]

О чем говорят в редакции "Субботы"?

  

(picture 2)
На снимке c сайта www.kp.ru - журналист «Субботы» Михаил Губин.

Популярная российская газета «Комсомольская правда» опубликовала первую часть статьи «Полмиллиона НЕГРов* по-прежнему продолжают жить в СССР» о положении неграждан в Латвии. Из материала можно узнать много любопытного. К примеру, о чем думал журналист еженедельника «Суббота» (владелец издания Алексей Шейнин накануне получил орден Русской православной церкви преподобного Сергия Радонежского III степени) Андрей Мамыкин, когда сдавал экзамен на гражданство Латвии…

…Рига, сижу в редакции газеты «Суббота» и слушаю, как человек с вполне русскими именем и фамилией по-русски же нарезает такие фразы: «Когда я в России - я не воспринимаю русских как своих соотечественников. Я хихикаю, читая вывески «Гастроном» и «Промтовары»! Нам, русским из Прибалтики, на исторической родине зачастую нужен переводчик, потому что мы для вас - иностранцы!»

Потом кто-то кому-то звонит, все разбегаются, презентованная человеком книжечка стихов летит на дно сумки, и только вечером я наконец читаю ее название - «Грамматика слуха» - и обнаруживаю, что автор - Евгений Орлов - настоящий русский поэт! Хотя бы потому, что написал следующие строчки: «Где русский подобен грузинскому вину голландского разлива - не тот вкус, не тот запах и цена, зато упаковка...»

Более точного определения балтийским русским дать было невозможно.

- Принять гражданство - то есть принять идеологию и согласиться с тем, что русские - люди второго сорта, - вторит ему и 45-летний журналист латвийской «Субботы» Михаил ГУБИН. За то, что он в 1991 году, служа в правительственной охране, защищал молодую латвийскую демократию и бегал под огнем в бронежилете, он получил награду - Медаль защитника баррикад. Что всего через год не помешало ему превратиться в «оккупанта» - как и все.

- На моих глазах стал рисоваться образ совсем других русских. Никто из латышской интеллигенции не выступил со словами: что мы делаем? У дома правительства стоял пикет с плакатом: танки с красными звездами покидают Латвию, и между ними бегут свиньи. Я это запомнил - хотя порой ловил себя на том, что иногда даже думал по-латышски. Во всех программах всех партий впечатаны слова про приоритет латышской нации. За счет кого? Меня? Я не приму гражданства, пока мне его не принесут. В чем мои неудобства? Пилотом авиации вроде быть не собираюсь, оружие покупать - тоже. В том, что голосовать не могу? Не смешите... Все уже давно привыкли к тому, что, если в правительстве нет ни одного нелатыша, - это нормально...

Коллега Михаила, журналист той же «Субботы» Андрей МАМЫКИН, на поколение моложе и потому прагматичнее:

- Я переступил через все унижения и получил гражданство, думая про себя так: вашу версию истории я вам расскажу, держа фигу в кармане, но голосовать за ваши партии не буду. После подачи документов мне сказали: «А сейчас мы проверим - не являлись ли вы агентом КГБ и держателем конспиративной квартиры?» Помилуйте, мне же было всего 15 лет, когда распался Союз!.. Потом нас, несколько человек, собрали, чтобы мы дали присягу - что-то типа клятвы юного пионера: обещаю, мол, за государство отдать жизнь... Пожилая тетушка-чиновница три свечки зажгла. Я читаю - а она плачет. Испугался: «Вам плохо?» А она: «Так хорошо, как вы, еще никто не читал!» Наивные, добрые тетки...

Я это сделал, но ни моя мама - ей 53, ни отчим - 68, ни дедушка, которому 88, никакие экзамены сдавать не пойдут, это точно.

Оригинал статьи: http://www.kp.ru/daily/23703/52849>