Главная  Архив  Обращение к читателям  Пишите нам  Персоналии   Законы  Консультации
[EN] [LV]

Как гражданин США оказался в черном списке

«Телеграф»

  

(picture 2)
Роман Молчадский — единственный гражданин США, оспоривший включение в черный список в суде. Фото c cайта www.telegraf.lv.

В конце января сенат Верховного суда начнет рассматривать первые жалобы от людей, считающих, что их необоснованно включили в так называемый черный список. Интересно, что среди них оказался Роман Молчадский, гражданин Америки, с которой Латвию связывают добрые отношения. Две другие жалобы вполне ожидаемо получены от граждан России — опального олигарха Бориса Березовского и активиста Штаба защиты русских школ Александра Казакова. В распоряжение Телеграфа попали документы по делу Молчадского. На их основании можно предположить, что включение в черный список не всегда происходит обоснованно и справедливо.

Их оставалось только трое

Люди, оказавшиеся в черном списке (список иностранцев, которым по решению министра внутренних или иностранных дел запрещен въезд в Латвию), получили право опротестовать это решение в суде только с 1 мая 2005 года, после заключения Конституционного суда. Согласно ему, у человека должна быть возможность оправдаться, в противном случае нарушается одна из основополагающих статей Сатверсме — право на справедливый суд.

За неполный год этим правом решили воспользоваться четыре человека, правда, одному было отказано в рассмотрении дела. Осталось три иска, которые к тому же дошли до суда. Борис Березовский, напомним, попал в список после второго визита в Латвию. Первый раз он приехал под именем Платона Еленина, и никого не смущал ни этот факт, ни настоятельные требования России выдать предпринимателя. Александра Казакова выдворили из страны за критику правительства и акции протеста. Тем более интересно, что в этом же ряду оказался никому не известный американский подданный Роман Молчадский.

Можно считать, нам повезло, так как документы по делу Молчадского оказались в распоряжении Телеграфа. И мы являемся первыми "сторонними" обладателями подобной информации, поскольку спецслужбы и правоохранительные органы не дают даже комментариев о причинах включения в черный список, не говоря уже о документах. Теперь же впервые появилась возможность проследить, как происходит процесс внесения в черный список и выдворения из страны. Но обо всем по порядку.

На законных основаниях

Как следует из документов, Роман Молчадский, 34 лет от роду, гражданин США, в марте 2005 года в Департаменте обслуживания иностранцев Управления по делам гражданства и миграции (УДГМ) получил разрешение на работу сроком на один год и вид на жительство — сроком на два года. Эти документы он получил на основании статьи Иммиграционного закона, которая позволяет иностранцу жить в Латвии при условии, что он является членом правления фирмы, получает зарплату не менее 400 латов и платит все налоги, в том числе социальный.

25 октября 2005 года Молчадский подал в УДГМ заявление, в котором просил изменить причину пребывания в стране. Если до сих пор правомерность пребывания обеспечивала уплата налогов, то теперь он изъявлял желание воссоединиться с отцом. Поясним: отец Романа постоянно проживает в Латвии и является ее гражданином. Роман же стал американским подданным после развода родителей, когда вместе с матерью уехал на постоянное место жительства в США, где при наступлении совершеннолетия получил американский паспорт. Поэтому нельзя сказать, что для Романа Латвия чужая страна и он здесь иностранец, хотя формально это так. Периодически он наведывался на родину: то к отцу, то по делам.

Покиньте страну!

УДГМ заявление о воссоединении с отцом приняло, за что Молчадский уплатил госпошлину в размере 70 латов. Однако через три дня — 28 октября — от УДГМ пришел ответ, в котором сообщалось, что ему аннулируют вид на жительство и разрешение на работу и выдворяют из страны на основании решения главы МВД (тогда им был Эрик Екабсонс) о включении Молчадского в черный список.

В решении, подписанном Екабсонсом 6 октября 2005 года, говорилось, что в распоряжении министра есть письмо Бюро по защите Сатверсме (SAB), из которого следует, что Роман Молчадский связан с организованной преступной группировкой и его пребывание в Латвии создает опасность для национальной безопасности и общественного порядка.

В тот же день сотрудники Государственной погранохраны сопроводили Молчадского в аэропорт, где он купил первый попавшийся билет в Америку и покинул Латвию.

Who is mr. Molchadsky?

Обвинение в связи с оргпреступностью — серьезное, поэтому для начала мы "установили личность" Молчадского по доступным базам данных. В Lursoft он проходит как единственный владелец и член правления ООО Griffin Group (операции с недвижимостью). Архив агентства LETA ни на его имя, ни на название компании компромата не выдал.

Может, он тайный магнат, спонсор террористов или нарушитель правопорядка, просто в Латвии об этом ничего не известно? Запрос на его имя и фамилию в крупнейших поисковых системах yahoo!, google и yandex тоже не дал никаких результатов. В то время как на Березовского и Казакова были тысячи различных упоминаний.

Осталась одна возможность — звонить по официальным инстанциям. Первое, что меня заинтересовало — почему человека, фактически обвиненного SAB в связях с организованной преступностью, выдворяют из страны? Логичнее было бы завести уголовное дело и заключить под стражу на время досудебного расследования.

Пустые разговоры

Звонки в SAB, МВД и УДГМ результатов не дали. Везде говорили, что таков порядок в отношении иностранцев, и описан он в Иммиграционном законе. Так, в ч. 1 ст. 61 сказано, что иностранца могут внести в черный список, если у компетентных гос-учреждений — внимание! — есть основания полагать, что персона связана с оргпреступностью, угрожает национальной безопасности, совершила или собирается совершить преступление и т.д. То есть им не надо ничего доказывать. Им достаточно полагать. При таком подходе полстраны можно внести в черный список на том основании, что кто-то за руку здоровался с Владимиром Лесковым, кто-то подписывал письмо в защиту Ивана Харитонова. Да что там — от возможных подозрений в связи с оргпреступностью не предохраняют даже контакты с депутатами. Сегодня он — гарант демократии и свободы, а завтра — преступник, как основатель финансовой Auseklītis Валдис Крисбергс, которого "повязали" на посту депутата Сейма.

Самый запоминающийся разговор на эту тему состоялся с пресс-секретарем главы МВД Кристом Лейшкалнсом, который посоветовал вспомнить историю с Аль Капоне. Все знали о его бутлегерской деятельности и убийствах, но доказать не могли. И посадили в итоге за неуплату налогов. Таким образом, по мнению Лейшкалнса, отсутствие доказательств не означает, что человек не совершил преступление.

Пресс-секретарь SAB Байба Рата на все вопросы отвечала, что бюро не комментирует ни свою деятельность, ни причины, по которым предлагает включить человека в черный список. Также осталось неясным, предоставляет ли SAB главе МВД документальную информацию (например, фото-, видеоматериалы, запись разговоров, в том числе телефонных), подтверждающую их опасения, или же просто ставит перед фактом. Байба Рата сказала лишь, что "в каждом конкретном случае это происходит по-разному". И добавила, что "самодеятельность" исключена, так как спецслужбы работают в рамках целого ряда законов — об оперативной деятельности, о государственных службах безопасности, о национальной безопасности, уголовно-процессуального кодекса.

Бывший министр ничего не помнит

Интересно, а как министр подписывает решения о включении в черный список? На коленке в служебной машине по пути на встречу или вдумчиво ознакомившись с деталями? Нам удалось дозвониться до экс-главы МВД Эрика ЕКАБСОНСА, который сейчас большую часть времени проводит в Америке. Приведем эту короткую беседу полностью.

— Как часто в бытность министром внутренних дел вам приходилось подписывать решения о включении в черный список?

— Я много документов подписывал. Точно не помню, но мне кажется, что подобные решения я подписывал очень редко.

— Была ли у вас возможность ознакомиться с дополнительной информацией? — У министра есть разные возможности, но о них я не имею права говорить публично.

— Решение о выдворении Романа Молчадского было одним из последних, которое вы подписали перед своим уходом с поста главы МВД. Помните ли вы его?

— Нет, не помню.

Три недели на уточнение ненужной информации

После столь "содержательных" разговоров у нас оставалась лишь одна зацепка. Глава МВД подписал решение о включении Молчадского в черный список и выдворении из страны на неопределенный срок 6 октября 2005 года. По закону, эта информация в базу данных УДГМ должна попасть в течение одних суток. Молчадский подал заявление на воссоединение с отцом 25 октября, и бумагу приняли, не сообщив о проблемах.

Пресс-секретарь УДГМ Диана Богданова на просьбу пояснить, как такое могло произойти, ответила, что эта информация пришла к ним из МВД только 28 октября и они сразу начали действовать.

Опять звоним Кристу Лейшкалнсу. И вновь он кладет на лопатки своим ответом, которым демонстрирует, как можно говорить слова, но при этом не сказать ничего: "Необходимо было уточнить информацию, которая не влияла по существу на решение главы МВД. Как только она была уточнена, ее передали в УДГМ". На вопрос, зачем три недели (!) уточнять информацию, которая ни на что не влияет (!), Лейшкалнс ответил, что не будет давать по этому поводу комментариев.

Просто фантастика какая-то: почти месяц бумага курсирует по инстанциям или, наоборот, лежит у кого-то в ящике.

"Персона, связанная с оргпреступностью", тем временем беспрепятственно ходит по улицам города и, возможно, готовит теракт или убийство, а в МВД уточнят ни на что не влияющую информацию. Что-то тут не стыкуется. Поэтому оставляем за собой право считать: либо Молчадский не представлял угрозы национальной безопасности, либо в МВД царит, пристойно говоря, хаос.

"Подумай, кому дорогу перешел"

Сам Молчадский, с которым мы связались по телефону, утверждает, что его выдворение из страны происходило как-то странно. 28 октября 2005 года по месту его регистрации в Юрмале явились двое пограничников. Его в тот момент дома не было. Потом ему позвонил отец и сказал, что приходили сотрудники Погранохраны — "хотели поговорить". Роман сразу отправился в главный офис на ул. Рудолфа, 5. Имен пограничников, с которыми он говорил, не помнит, но беседу, как утверждает Роман, они начали с запугивания. Мол, или улетаешь в любую страну, куда не нужна виза, сегодня, или 7 суток придется провести в изоляторе в Олайне. А там сомалийцы, от которых еще какой-нибудь болезнью можно заразиться. Затем состоялся такой диалог (приводим его со слов Романа Молчадского).

Роман: — Я арестован?

Пограничник: — Нет.

Роман: — Тогда объясните, что я сделал?

Пограничник: — Если бы ты действительно что-то сделал, то сидел бы в другом месте в наручниках. Лучше подумай, кому дорогу перешел.

Как уверяет Молчадский, денежного бизнеса, который мог бы стать причиной конфликта, его фирма не вела. Ни разу за все визиты в Латвию, включая последние полгода жизни, его не задерживала полиция, против него не возбуждалось ни уголовных, ни административных дел. И добавляет, что о неправомерности и сфабрикованности его включения в черный список у адвокатов есть доказательства, которые будут направлены в нашу Генеральную прокуратуру и посольство США в Латвии.

В качестве послесловия

Наше журналистское расследование по одному частному случаю не дает, конечно, права делать обобщающие выводы о системе включения в черный список. Но наводит на серьезные размышления. Одно процедурное нарушение, которое при весьма ограниченных возможностях и не являясь юристами мы нашли, и масса оставшихся вопросов по существу — это много.

Понятно, что причины, по которым людей не впускают или выдворяют из страны, держатся в тайне всеми государствами мира. Та же Америка отказывает во въезде Иосифу Кобзону только потому, что ей кажется, что он связан с мафией. Это решение певцу не удалось опротестовать даже в Европейском суде по правам человека, поскольку американские спецслужбы не обвиняют Кобзона, они подозревают, а подозревать они могут любого — и на этом основании не впускать в страну.

Однако в наших условиях, когда все организации (кроме SAB, который контролируется Кабинетом министров), задействованные в процесс внесения в черный список и выдворения из страны — Полиция безопасности, Госполиция, Погранохрана, УДГМ, — являются структурами МВД; когда промежуточный, а также внешний контроль за принятием и осуществлением этих решений практически отсутствует, в число нежелательных персон может попасть любой. И никто не обязан ничего ни объяснять, ни доказывать. Хорошо, что появилась возможность опротестовать такие решения в суде. Но еще надо дождаться результатов первых процессов. Пока же выходит, что черный список в Латвии может быть в том числе и удобным, а главное — безнаказанным способом свести с кем-то счеты.

ЦИФРА:

Около 400 человек в 2005 году были внесены черный список. Отметим, что в него включают не только "иностранных шпионов" или людей, угрожающих безопасности страны, но и нарушителей визового режима.

График заседаний

Департамент Административных дел сената Верховного суда рассмотрит иски в следующем порядке:

- 27 января — иск Бориса Березовского, который он подал от имени Платона Еленина;

- 10 февраля — иск Романа Молчадского;

- 17 февраля — иск Александра Казакова.

Все три иска опротестовывают решение о внесении в черный список, принятое министром внутренних дел. Как сказала Телеграфу пресс-секретарь Верховного суда Илзе Эйда, не исключено, что на слушаниях смогут присутствовать журналисты, но будут ли слушания публичными, станет известно ближе к срокам рассмотрения жалоб.

Рекомендуем на данную тему:

Почему Кобзон стал въездным в Латвию?

Березовский просит исключить его из «черного списка»

Березовский обвинил Сороса в своем изгнании из Латвии

Кто в черном списке врагов государства?

Михаил Леонтьев: "В Росиии есть спрос на реванш"

Пять вопросов Александру Проханову

Эдуард Лимонов: “Я прошел три тюрьмы и кусок колонии”

Сергей Михайлов: «У меня нет желания заниматься бизнесом в Латвии»

Акрам Хазам: «У меня нет желания ехать в Латвию»