Главная  Архив  Обращение к читателям  Пишите нам  Персоналии   Законы  Консультации
[EN] [LV]

К чему привела реформа судебных исполнителей?

«Телеграф»

  

Судебные исполнители потребовали от премьер-министра Латвии, чтобы он взял назад свои слова о том, что в их среде царит коррупция. За последние две недели Латвия узнала в деталях, чем же занимаются судебные исполнители, о перипетиях в семейной жизни главы Совета судебных исполнителей Инги Чепелкиной, о схемах, которые использовались для описания и дальнейшей продажи имущества должников. Вместе с тем два года назад завершилась реформа института судебных исполнителей. Но вот почему-то никто в этой шумихе так и не задался вопросом: а оправдала ли она себя? «Телеграф» решил разобраться, стоила ли овчинка выделки.

За что боролись?

До 1 января 2003 года судебные исполнители были сотрудниками Министерства юстиции, то есть обыкновенными чиновниками со всеми вытекающими отсюда последствиями. Честно сказать, претензий к представителям этой профессии и в то время было множество.

Чаще всего недоразумения вызывало качество оценки описанного имущества. Это признают и сами исполнители, оправдывая свои действия тем, что тогда не было специальных нормативов и поэтому приходилось работать на глазок. Единственным руководством к действию была формулировка "по ценам, существующим в данной местности". А такой люфт всегда открывает возможности для коррупции.

Бизнесмены, которые сталкивались с деятельностью судебных исполнителей, и раньше не скрывали, что можно было за определенный "гонорар" договориться о задержке процедуры описи имущества или, наоборот, ускорить этот процесс, тем самым поставив конкурента в затруднительное положение.

Новый закон, который вступил в силу 1 января 2003 года, объявлял, что судебный исполнитель является представителем свободной юридической профессии — как адвокаты, нотариусы. У них есть такса, и впредь судебные исполнители должны работать сами и сами нести ответственность за свою работу.

У истоков реформы института судебных исполнителей стояла министр юстиции Ингрида Лабуцка. Она активно поддерживала реформистские настроения главы департамента судебных исполнителей Минюста Ивара Киберманиса, который так оправдывал желание вывести исполнителей из-под опеки государства: "Одно из главных преимуществ реформы — государству впредь не надо платить судебным исполнителям зарплату. Таким образом будет сэкономлено 500 тысяч бюджетных латов". После реформы Киберманис стал судебным исполнителем, но, как видно, законодательные нововведения не пошли ему на пользу: сейчас против него возбуждено уголовное дело.

Закон для своих

И вот два года работы по новому закону, что же изменилось? В неофициальных беседах многие бизнесмены признаются, что воз и ныне там: судебных исполнителей мало, а использовать их по-прежнему можно во всех уже ранее разработанных схемах. Однако новый закон не только освободил судебных исполнителей от госслужбы, но и развязал им руки, о чем правоохранительные органы сегодня весьма жалеют. "В Бюро по борьбе и предотвращению коррупции (KNAB) жалобы на судебных исполнителей поступали с самого начала существования бюро, — рассказывает в беседе с Телеграфом глава отдела общественных отношений KNAB Андрис Витенбургс. — Проводя проверки, наши сотрудники пришли к выводу, что не все благополучно с законодательством. А именно: существует слишком мощный механизм защиты судебных исполнителей, что затрудняет и проведение проверок. Во-первых, от судебных исполнителей очень трудно добиться получения оригинала какого-либо документа. Такая норма прописана в законодательстве: судебный исполнитель даже по просьбе суда не должен предоставлять оригиналы документов. Почему? Надо спрашивать у Минюста, который в большой степени является автором такого закона, и у судебных исполнителей, принявших три года назад участие в работе над ним. Другая норма, привлекшая внимание проверяющих: судебным исполнителям дано право заключать официальные соглашения со своими клиентами о юридической помощи. Таким образом легализирована возможность получения "благодарности". Поэтому в ходе проверок трудно подтвердить факт, содержащийся в жалобе, когда речь идет о том, что человек что-то давал судебному исполнителю для решения вопроса в его пользу".

У семи нянек...

Получается, что так широко разрекламированный реформистский закон вышел дырявым и выгоден одной стороне — самим судебным исполнителям. Но могут ли последствия этого брака сказаться на всем институте судебных исполнителей? "Вряд ли стоит говорить о кризисе в системе судебных исполнителей, — сказала Телеграфу министр юстиции Солвита Аболтиня. — Речь может идти о кризисе доверия или этики касательно руководства Совета судебных исполнителей. При этом чрезмерное доверие государства, оказанное представителям свободной юридической профессии судебных исполнителей, в плане самоконтроля не оправдалось. Очевидно, придется предпринимать шаги к ужесточению контроля со стороны государства.

В настоящее время министерство работает над достаточно объемными изменениями в Законе о судебных исполнителях. Одним из вариантов решения может быть дисциплинарная ответственность. На данный момент за работой судебных исполнителей надзирают районные и городские суды, окружные суды, Министерство юстиции и Совет судебных исполнителей. А когда надзирают все, в результате оказывается, что этим не занимается никто. Мы предлагаем создать комиссию, в состав которой вошли бы представители нашего министерства, совета и соответствующего окружного суда. Предполагалось, что координировать деятельность комиссии будет министерство, но совет все же настоял, что эта функция будет отдана ему. В любом случае, сложившуюся ситуацию оставлять нельзя".